Книга: Яндекс Воложа. История создания компании мечты

Транслокализация

Транслокализация

Наконец-то в споре с глобальным Google «Яндекс» задействовал свое преимущество как национального поисковика и пошел в российские регионы. В октябре 2007 г. в Новосибирске, а в декабре в Екатеринбурге были запущены локальные сети «Яндекса». Именно с открытия нового офиса «Яндекса» в Екатеринбурге в Рунет ушла гулять звучная фраза Воложа: «Екатеринбург — единственный город, где власть захватили айтишники». Да и офис получился неплохим.

Тогда же было заявлено о начале реализации многомиллионного проекта создания региональной сетевой инфраструктуры «Яндекса», в рамках которого компания устанавливает оборудование в городах-миллионниках и, арендуя у местных операторов каналы связи, предоставляет местным интернет-провайдерам прямой доступ к своим ресурсам. В планах «Яндекса» — Ростов-на-Дону, Казань, Самара и Владивосток, в итоге — присутствие во всех федеральных округах России. Локализация позволяет при посредничестве местных провайдеров снизить расценки для местных пользователей на ресурсы поисковика, включая рекламные тарифы. Смысл инициативы, по словам Воложа, очевиден: «Это логично: чем больше пользователей нас посетит, тем больше будет просмотрено рекламы».

В рамках региональной локализации «Яндекс» купил выделенный междугородний канал связи до Новосибирска, что позволило предоставить сибирским провайдерам бесплатное подключение к сервисам поисковика в обмен на то, что они сделают такое же предложение своим конечным пользователям (либо будут продавать доступ с минимальной наценкой). Логично ожидать увеличения числа пользователей и, соответственно, регионального рекламного трафика.

Пришлось выходить в другие страны СНГ, где «Яндексу» доведется быть в качестве догоняющего.

Летом 2007 г. была запущена украинская версия поиска http://yandex.ua. С целью более продуктивной локализации сервисов на местном рынке «Яндекс» открыл в Киеве свое второе украинское представительство (первое появилось в Одессе). С локализацией своего продукта для украинского домена. ua «Яндекс» очевидно припозднился. Стартовать пришлось с отметки в 9–10 % поискового рынка — на Украине властвовал Google. То есть на Украине ситуация по отношению к России была зеркальной. Лишь через три года, оказавшись в роли аутсайдера, «Яндекс» доведет свою долю на украинском рынке всего лишь до 20 % (даже меньше, чем у Google в Рунете).

Припозднится «Яндекс» и с локализацией своих продуктов для двух других принципиальных рынков в СНГ — казахского и белорусского.

Осенью 2009 г., после двух лет подготовительных работ, была запущена казахская версия «Яндекса» — http://yandex.kz. Это означает локализацию всех возможностей и основных сервисов, включая самые популярные («Яндекс. Карты», «Яндекс. Афиша», «Яндекс. Директ» и другие), причем на русском и казахском языках. И на запрос «президент» пользователь Казнета получит на портале «Яндекса» в выдаче Нурсултана Назарбаева, а не того, о ком вы подумали.

И топ-5 новостей на главной странице http://yandex.kz будет другим, нежели на http://yandex.ru, http://yandex.ua или http://yandex.by. Говоря о казахском портале, Волож с гордостью отмечал: «В некотором роде “Яндекс” — уже казахстанский поисковик, поскольку мы теперь присутствуем в стране, говорим на казахском, ищем по местным сайтам… Чтобы сделать качественный поиск для Казахстана, недостаточно владеть только русским языком, необходимо и профессиональное знание казахского, его морфологии. Сегодня “Яндекс” умеет искать “по-казахски”, с учетом особенностей этого языка. Раньше также не существовало хороших цифровых карт Казахстана, мы долго их искали. Только недавно нашли, и теперь мы выпустили подробные карты Алматы и Астаны, с точностью до дома».

Заход в Казахстан для правящего тандема «Яндекса» стал своеобразным возвращением в страну детства, отрочества и юности, и данью благодарности малой родине, где они получили безупречное школьное образование, сформировались как личности, а их родители смогли реализоваться.

Именно оттуда, с Каспия, Волож и Сегалович стартовали во взрослую жизнь. Поэтому в Алматы, бывшую столицу, Аркадий сам поехал представлять казахскую версию портала «Яндекса»: по его мнению, «в каком-то смысле получается, что “Яндекс” вернулся к истокам».

Приятно после стольких лет разлуки пройтись по тенистым улицам Алматы, выйти на бульвар Бухар Жырау, где находится Республиканская физико-математическая школа-интернат, которую они с Сегаловичем успешно закончили в 1981 г. Конечно, побывать в 12-м микрорайоне, где жила семья Воложей.

И, может быть, посидеть вечерком по-товарищески с тогдашним премьер-министром Казахстана Каримом Масимовым (с 24 сентября 2012 г. — руководителем администрации президента), с которым они в РФМШИ играли на переменах в казаки-разбойники. И младшему Кариму, который учился на класс ниже, порой перепадало по затылку от шустрого Аркаши.

Еще через год, 14 апреля 2010 г., была запущена белорусская поисковая машина на http://yandex.by, которая работает с учетом морфологии белорусского языка и готова отвечать на запросы на русском и белорусском языках. По словам презентовавшего запуск Аркадия Воложа, «мы специально локализовали поиск под белорусскую аудиторию, немного изменили формулу, кроме того, разработали специальный сайт на белорусском языке: весь контент и большая часть сервисов оптимизированы под пользователей страны». Еженедельная аудитория «Яндекса» в Беларуси составляла к моменту запуска этой версии 1,2 млн человек (по версии LiveInternet), то есть 33,6 % белорусских интернет-пользователей. К весне 2010 г. Интернетом в Беларуси регулярно пользовались около 37 % жителей. В 2009 г. рынок интернет-рекламы в этой стране составил около $5 млн ($3,5 млн — медийная реклама).

Волож отметил основную задачу «Яндекса» на стадии запуска проекта: «Мы ищем партнеров в Беларуси и для этого сюда пришли». Партнеры нужны, чтобы создавать контент с учетом местной специфики. Для локализации сервиса «Яндекс. Новости» были заключены договоры с 73 белорусскими СМИ. Соответствующие партнерские соглашения с контрагентами были отработаны в рамках запуска в Байнете и других сервисов «Яндекса» (почта, карты, афиша, авто, маркет, директ и прочие). Медийную рекламу для Байнета «Яндекс» продает через «Видео Интернешнл — Минск», а контекстную — через рекламные агентства.

С учетом ряда судебных процессов и просто претензий к «Яндексу», основанных на обвинениях в пособничестве пиратству и распространении ложной информации, Волож не преминул подчеркнуть свою основную посылку к пользовательской аудитории: «Информацию мы сами не производим, а только собираем и даем к ней доступ». На тот момент в белорусском домене. by «Яндекс» проиндексировал около 24 000 сайтов. С учетом финансовой незначительности проекта на первом этапе свой офис в Беларуси «Яндекс» открывать не стал. Или, как объяснила такой аскетизм белорусский представитель «Яндекса» Анна Федорова: «У нас пока нет нужды в офисе — общение с партнерами на данном этапе вполне выстраивается с помощью представителя, продажи идут через агентства, а разработка может быть и в Москве — в этом плане нет необходимости физически присутствовать в стране, для которой делается сервис».

Еще в апреле 2008 г. «Яндекс» объявил о начале индексации (добавлении в собственную базу, по которой производится поиск) веб-страниц на иностранных языках. Приходилось соответствовать своему статусу и ориентироваться на цифры естественной ограниченности русскоязычного Интернета. То есть Волож понимал, что Google, скорее всего, своего уже не отдаст, а значит, рост возможен только в иноязычных секторах мировой Сети.

В базе «Яндекса» на тот момент было около 1 млрд сайтов на английском, немецком, французском, украинском, белорусском языках. Уже на тот момент около 15 % запросов к «Яндексу» делалось на иностранных языках. Расширение индексации за пределы Рунета преследовало три цели: удержание пользователя, которому после русскоязычного запроса понадобились иноязычные сайты (то есть улучшение сервиса), движение к завоеванию мирового рынка, расширение рекламной базы и возможностей с последующим повышением рекламных тарифов на контекстную рекламу.

При этом Волож отметил: «Мы занимаем хорошие позиции не только в России, но и на рынках Украины, Беларуси, Казахстана. Единственное ограничение — мы ориентируемся только на русскоговорящую аудиторию. Поставленная задача — лучше всех давать ответы на запросы, заданные на русском языке, и в этом сегменте “Яндекс” более чем успешно конкурирует с международными поисковыми системами. Лучше делать русскоязычный поиск лучше всех, чем иметь многоязычный поиск посредственного исполнения. Поэтому целевая аудитория остается исключительно русскоязычной, и делать “Яндекс” на английском, французском и китайском мы не собираемся».

Может, и не собираются, но раздвигание границ продолжится. По обыкновению, на основе анализа данных. В 2009 г., согласно специальному исследованию, проведенному «Яндексом», примерно четверть из 15 млн российских сайтов почти не содержат полезных сведений, а порядка 88 % текстовой информации сконцентрировано всего на 1 % сайтов. Именно этот 1 % и является наиболее интересным для пользователей. По утверждению «Яндекса», такое соотношение справедливо для всей мировой Сети. Из этого наблюдения следует рецепт действий: для того чтобы ответить на запрос пользователя, необязательно индексировать всю информацию. Достаточно выбрать авторитетные источники по теме и ранжировать их, чтобы на самом верху выдачи оказались наиболее подходящие пользователю или релевантные запросу результаты.

19 мая 2010 г. запущен поиск в англоязычном Интернете в доменах. ru, ua, kz и. by и yandex.com. Поисковик начал индексировать зарубежные сайты около двух лет назад, но в выдаче (страница, которая является ответом на запрос пользователя) иноязычные результаты появлялись вместе с русскоязычными — скорее как дополнительные данные. С 19 мая 2010 г. «Яндекс» по англоязычным запросам стал готовить выдачу исключительно по зарубежным сайтам. Получить ее можно, используя либо фильтры поиска на портале http://yandex.ru, либо тестовую площадку http://yandex.com, на которой иностранный поиск установлен по умолчанию. Это по-настоящему историческое событие в бизнес-биографии «Яндекса».

В компании отмечают, что поиск по зарубежным ресурсам ориентирован на русскоязычную аудиторию. «Яндекс» стремится к тому, чтобы пользователи оставались с ним в случае формулирования иноязычных запросов, которых насчитывается уже 12–15 % (1,5–2 млн пользователей).

По оценке «Яндекса», суммарно в мировой Сети проиндексировано уже около 100 млрд страниц; по состоянию на 2010 г. «Яндекс» проиндексировал в Рунете 5,25 млрд страниц. И более 4 млрд веб-страниц на латинице, большая часть которых англоязычные, меньшая — на французском и немецком языках. Исходя из достигнутых на тот момент результатов поисковиков из первой тройки, чтобы конкурировать с ними, «Яндексу» поначалу достаточно проиндексировать в мировой Сети 20 млрд страниц.

Хотя Волож полагает, что выигрывает не тот, у кого больше индекс, а тот, у кого лучше поиск: «Когда мы запускали мировой индекс, мы действительно делали его для своего рынка, в этом была его непосредственная практическая польза. Мы просто не могли себе позволить его не иметь. Но тогда же мы говорили, что собственный мировой индекс позволяет нам начать думать и о чем-то большем. В мире всего несколько компаний, которые имеют поисковые технологии и защищают свои рынки. Они всем известны: поисковые технологии есть в США, Китае, Южной Корее, Чехии и России. Больше нигде своего большого поиска нет. Но из всех этих национальных лидеров на сегодня только три имеют глобальные индексы. Это Google, Bing и “Яндекс”… Разумеется, просто пока мы не работаем на многих рынках. Но на тех рынках, куда мы выходим, наш индекс, как правило, больше. Вопрос не в общем количестве страниц в индексе, а в числе полезных. Для американцев и французов полезные страницы будут разными, индексы тоже. Поэтому сравнивать нас напрямую с другими поисковиками пока нет смысла… Если хотите, у нас другой подход: не глобальный, а транслокальный, так сказать».

В интервью «РБК daily» Волож уточняет задачу: «Сейчас мы активно работаем над увеличением иностранной базы страниц… Содержательная база Интернета — это, по сути, несколько десятков миллиардов страниц. Наверное, это количество и есть цель для любого поисковика. Но цель любой поисковой машины — не проиндексировать много страниц, а выдать правильный и быстрый ответ. На 90 % успех нашей компании зависит от качества нашего поиска и информационных сервисов. Мы в последнее время активно работали в этой области… Мы внедрили новую поисковую технологию “Матрикснет” (в декабре 2009 г.), результатом которой в том числе стал рост нашей доли. Конечно, сыграло роль и то, что большинство наших сервисов ориентировано в первую очередь на русскоговорящих пользователей». Действительно, Рунет — это русскоговорящий, но не российский сектор мировой Сети.

Есть еще одно соображение. Предложив пользователям поиск на зарубежных сайтах, «Яндекс», по сути, перенес боевые действия на территорию своего основного соперника — Google, который держит около 70 % поискового рынка планеты. Или, как это переложил Волож на свой лад, «Есть больше половины мира, где присутствует один игрок с долей значительно выше 90 %. На этих рынках кричащий вакуум, и выход на них с хорошим продуктом может принести успех».

Еще через пару лет «Яндекс» проиндексирует в общей сложности уже несколько десятков миллиардов документов, окончательно войдя, по словам Воложа, «в высшую лигу поисковиков; такого размера индекс есть только у Google и Bing; на любом локальном рынке, куда мы выходим, нужно уметь отвечать и на глобальные поисковые запросы». К этому моменту пользователи «Яндекса» будут ежедневно совершать более 50 млн переходов из поисковика на другие ресурсы. И эти соотношения будут только расти. Так ведь и Google не останавливается.

Вместе с открытием в 2010 г. офиса в Казани главная страница портала, некоторые сервисы и поиск стали доступны и на татарском языке.

Освоившись с поиском на тюркских языках (казахском и татарском), 20 сентября 2011 г. «Яндекс» запустил в Турции поиск на турецком языке и портал http://yandex.com.tr, на котором представлены сервисы специально для турецких пользователей — поиск, карты, почта и т. д. А «Яндекс. Пробки» по-турецки стали одним из самых сильных маркетинговых ходов первого зарубежного проекта «Яндекса». «Яндекс» не просто локализовал там свои сервисы, а сделал совершенно новый продукт.

В интервью «Афише» спустя некоторое время Волож заявит: «Турецкая морфология понятна, потому что у нас была казахская и татарская морфология до этого. Это одна семья языков. При этом у Google качество поиска в Турции так себе. Никто им не занимался. Карта у них не самая сильная, сервисов мало, панорам нет, пробок нет, много чего нет, и турки живут себе с этим спокойно: что дают, то дают. У нас сейчас в Турции, например, можно найти расписание Рамадана, расписание спортивных матчей, а там все с ума сходят по футболу. Когда мы запустили панорамы и пробки, там был настоящий фурор».

На презентации проекта Волож подчеркнул, что по этому случаю специально разработана технология хранения одних и тех же документов на разных языках, которые пригодятся в дальнейшем. В представительстве «Яндекса» в Стамбуле, которое возглавил бывший менеджер видеохостинга RuTube и «Рамблера» Алишер Хасанов, в штатном режиме работают несколько десятков сотрудников — аналитики, менеджеры, переводчики. Инвестиции в запуск проекта могли составить до $1 млн.

Волож в связи с турецким проектом заявил: «Мы впервые запустили “Яндекс” в стране, где вообще не говорят по-русски. Мы рассматривали рынки, где хорошо развит Интернет, число пользователей быстро растет, есть много контента на местном языке. В результате выбрали Турцию».

Единственный конкурент «Яндекса» Google занимал на тот момент на турецком рынке поиска (по данным MVG Global) 98,84 %. В июле 2011 г. (по данным comScore) поисковая доля Google в Турции составила 3,761 млрд запросов, Bing (Microsoft) — 21 млн, Ask Network — 9 млн, Yahoo! — 6 млн, MyNet — 2 млн.

По некоторым оценкам, рекламные перспективы на турецком рынке появятся не раньше, чем «Яндекс» займет около 10 % местного рынка поиска. Это потребует еще $2–3 млн вложений в течение пары лет. Чтобы получить 10–15 % рынка турецкой интернет-рекламы (объем которого, по оценкам ZenithOptimedia, составил в 2010 г. около $160 млн), «Яндексу» надо получить долю в 20–25 % турецкого поиска.

По мнению Воложа, которое он высказал в интервью с «Ъ», это очень даже возможно: «На рынках, где есть реальная конкуренция поисковиков, распределение долей игроков качественно отличается от “монопоисковых” рынков, и оно везде сходное. Это почти как закон распределения электронов в атоме. Первый игрок обычно имеет долю в районе 60 %, второй игрок — 20–30 %. Остальные игроки ограничиваются более мелкими долями. В США, например, у Google чуть больше 60 %, у Bing — около 20 %. В Корее у первого поисковика Naver тоже больше 60 %, у второго, Daum, тоже около 20 %, у Google и остальных — оставшиеся. У нас такая же картина, тут мы первые с 60 %, Google второй и т. д. Не важно, кто эти игроки, если рынок конкурентен, если у пользователя есть выбор, распределение почти на всех рынках похожее. Поэтому прийти, скажем, в США со своим поиском и получить даже 20 % рынка мы не сможем. Так не бывает. Там уже есть два своих игрока. Поэтому бессмысленно выходить на те рынки, где уже есть конкуренция».

Тем более что, по словам Воложа, «Для Турции мы тоже сделали максимально качественный продукт и приносим сюда несколько уникальных для рынка дополнительных сервисов».

Турецкий проект для Воложа останется знаковым, потому что будет первым, как он справедливо отметил, на нерусскоговорящем рынке. И он это подтвердил «Афише»: «Если все получится, это будет моя третья хорошая идея в жизни. Я пока не знаю, получится или нет, но сама идея! Мы в какой-то момент поняли, что российский рынок — он, как и любой другой, конечный. Вот у нас около миллиарда оборот в этом году, ну а дальше что? Надо куда-то расти. А при этом мы сидим на очень хорошей дорогой технологии, которой ни у кого больше нет. Таких компаний, как мы, две или три в мире, больше никто не умеет этим заниматься. И это явно можно куда-то применить. Дальше мы посмотрели вокруг и поняли, что вообще-то роскошью использования двух поисковых систем обладает Америка, мы, Китай, Япония, ну и еще несколько маленьких рынков. У всех остальных есть только один бренд в поиске. И нет в голове идеи о том, что поиск — это услуга. То есть вот есть, допустим, “Святой источник” и Aqua Minerale — можно выбирать. Одна с красной крышкой, другая с синей. У них вообще по-другому это устроено. Ты пьешь воду из-под крана — зачем тебе другая труба? Ну Google и Google. То есть другая точка зрения на мир вообще. А если поиск — это услуга, которую ты выбираешь, и если правда, что во всех местах, где есть выбор, услуги как-то распределяются, то у нас есть уникальный сервис, технология, которую можно применить на рынке. Я не говорю — всех победить. Но вот Google почти такой же хороший, как “Яндекс”, и этого достаточно, чтобы иметь в России свои 25–27 %. Bing почти такой же хороший в Америке — и собирает свои 30 % трафика. Если это работает, это большое дело для нас».

В любом случае выход за пределы Рунета для «Яндекса» — это стратегическая необходимость, которая стала еще более очевидной после превращения в публичную компанию с преобладанием в акционерном капитале иностранных инвесторов и акционеров.

Впрочем, для Воложа с его свободолюбием на первом месте всегда была внутренняя мотивация. И международная экспансия «Яндекса» — это еще одно подтверждение выведенной в начале книги формулы бизнес-успеха: энергия замысла должна соответствовать энергии воплощения.

И Волож это отчетливо фиксирует в беседе с «Ъ»: «В мире есть всего несколько стран с собственными поисковиками, на этих рынках есть конкуренция. И это хорошо, мы — за возможность выбора. Весь остальной же мир напоминает страну из романа “1984”: есть один канал, который все смотрят, выбора у людей нет. Для России это может показаться странным, так как мы всегда были избалованы конкуренцией: с 1990-х гг. у нас были “Апорт”, “Рамблер” и другие. Мы всегда могли выбирать поисковики. Поэтому нам трудно представить, что в той же Турции или Франции есть только один поисковик и людям даже не с чем сравнить результаты поиска. Конечно, они могут теоретически зайти на какой-нибудь Bing. Но Bing не делает ничего специально для Турции, поэтому для турецких пользователей это все равно что поиск для Марса… Мы пришли в Турцию, так как в течение десяти лет ее жители пользовались одним поисковиком, а мы теперь предлагаем им альтернативу. Никто не знает, как аудитория отреагирует на такой выбор. Мы устояли в России, потому что фокусируемся на нашем рынке, предлагаем пользователям сервисы, максимально настроенные под их нужды. Для Турции мы тоже сделали максимально качественный продукт и приносим сюда несколько уникальных для рынка дополнительных сервисов. Мы запускаемся “мягко”. Хотим почувствовать спрос на наши продукты. Будет спрос, будет и реклама. Бессмысленно нагонять рекламой аудиторию на продукт, которым не будут пользоваться. Мы запустили продукт и донесем новость о нем до максимального количества людей. Затем, когда мы увидим реакцию пользователей, мы сможем сказать, есть для нас этот рынок или нет. Если аудитория будет возвращаться на ресурс, появятся первые любители “Яндекса” в Турции, то тогда будет иметь смысл рекламировать его на широкую аудиторию… Контекстную рекламу имеет смысл продавать, когда у вас уже есть 10–20 % рынка. Никто не будет покупать рекламу на поисковике с долей 2 %. А 2 % для нас сейчас это бесконечно много. Когда мы дойдем до первых 2 % в Турции, мы будем пить шампанское — это будет означать, что аудитория приняла продукт… Турция для нас — первый эксперимент. Возможно, понадобится сделать еще одну-две страны, чтобы понять, работает наша модель развития или нет. Сказать сейчас, что мы начинаем экспансию, будет означать, что у нас есть готовая технология по выходу на другие рынки. У нас ее пока нет, мы ее только отрабатываем. По сути, это первая страна, куда мы вышли, если не считать стран СНГ. “Яндекс” 14 лет был российским сервисом: мы хорошо понимаем русский язык и местные шутки. Но с выходом на рынок Турции нам пришлось перестроить свои мозги так, чтобы работать с другим рынком, с другим языком: нанять там людей, научиться с ними разговаривать. Сделать из локальной компании международную — это равносильно ее удвоению. Не по количеству ресурсов, а по затраченным ментальным усилиям. А если говорить о деньгах, то получится не так много. Не так много человеко-часов, относительно мало серверов. Построить сейчас экономическую модель и сказать, сколько стоит одна страна, невозможно. Турция сейчас — это не рядовая страна для нас, это переход “Яндекса” с одного языка на мультиязычность. В дальнейшем новые языки будет добавлять легче, так как платформа будет уже к этому готова».

Для «Яндекса» все только начинается.

Потому что, по словам Воложа, «существуют десятки рынков по всему миру, очень похожих на рынок Турции», а, если быть точнее, «Европа, Латинская Америка, страны Азии имеют лишь по одному игроку поискового рынка. Именно они и заслуживают хорошего конкурента Google».

5 декабря 2011 г., выступая на московской конференции TechCrunch, Аркадий Волож подтвердил возможность экспансии на интернет-рынки тех стран, где у Google нет серьезных конкурентов со стороны национальных или международных поисковиков. «Эти рынки мы расцениваем как естественные ниши для нас, — заявил Волож. — Появление на них второго поисковика приведет к какому-то перераспределению рынка». В США, например, конкуренция так высока, что там иностранному поисковику делать нечего. Планы Воложа основаны на реальных результатах: помимо русскоязычного «Яндекс» уже справился с поиском на украинском, белорусском, казахском, татарском, английском, немецком, французском, чешском и, наконец, турецком языках. По некоторым данным, в «Яндексе» на тот момент изучали перспективы локализации поиска в странах Восточной Европы — Польши, Болгарии и Румынии.

Действия «Яндекса» в ответ на вызов Google окажут позитивное влияние на развитие всей компании. Но это станет очевидным только со временем. Потому что в 2007–2008 гг. Google неотвратимо увеличивал свое присутствие в Рунете, а «Яндекс» терял. И надо быть не только провидцем, харизматиком и т. д. и т. п., но и обладать непреклонной волей и верой в свои решения, чтобы не поддаться в такой ситуации панике, последовательно реализуя — элемент за элементом — антикризисный сценарий. Что Волож и продемонстрировал в драматические для «Яндекса» 2007–2009 гг.

Оглавление книги


Генерация: 1.570. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
поделиться
Вверх Вниз