Книга: Яндекс Воложа. История создания компании мечты

Глава 10 Код наживы

Глава 10

Код наживы

В рамках подготовки и проведения IPO, основного пока публичного события в истории «Яндекса» (не считая появления на свет), хорошо видно, как компания реагирует на изменения, трансформируется в соответствии с новыми вызовами, а порой, не осознавая новых угроз, ошибается, не успевает вовремя перестроиться и попадает впросак во главе с аналитичнейшим Воложем.

2011-й — год-гигант. Может быть, самый насыщенный в истории «Яндекса» на события и значительный в смысле приобретения нового качества, а также удовлетворения страсти к наживе: в результате IPO это сделали все основные акционеры и около полутора сотен ведущих сотрудников компании.

В преддверии IPO, то есть к весне 2011 г., сложилась следующая структура собственности Yandex N.V.: Baring Vostok — 22,6 % голосов (включая 18,74 % акций класса A); Tiger Global — 20,5 %; Аркадий Волож — 14,67 % (включая 4,5 % акций, которыми офшор Воложа Belka Holdings владел через совместную с Baring Vostok структуру BC&B Holdings); Владимир Иванов — 4,05 %; Илья Сегалович — 3,07 %; UFG Group и Almaz Capital Russia владели в совокупности 5,13 % (включая 8,14 % акций класса A; контролирующим акционером UFG Group был Чарльз Райн, член совета директоров Yandex N.V. и старший партнер Almaz Capital); Roth Advisors — 4,9 %; IFC (International Financial Corporation) — 4,54 %; Emerald Trust — 2,88 %; ru-Net Holdings (Леонида Богуславского) — 2,4 %; Cole Management — 2,15 %; Eden Capital — 1,4 %; Джон Бойнтон — 1,18 %; у Сбербанка — «золотая акция» номинальной стоимостью €1. Среди миноритарных акционеров также были Бен Коул, Альфред Феноти, Эстер Дайсон, Александр Волошин, Александр Шульгин и другие.

Доля крупнейшего владельца «Яндекса» Baring Vostok распределена между офшорными фондами BC&B Holding и ru-Net, которыми через номинальных держателей владеет Baring Vostok Private Equity. Среди владельцев известны следующие имена: Рахуль Бхасин, Крис Бротче, Майкл Калвей, Джон Даре, Терри Инглиш, Джиан Салата, Рори Ландман и Антонио Бончристиано. Долей в фонде владеет также его партнер, член совета директоров Yandex N.V. Елена Иващеева. Управление фондами осуществляется компанией Baring Vostok Fung Managers, решения принимает инвестиционный комитет из представителей фондов на основе предложений инвестиционного партнера фондов — BVCPL.

В совокупности распределение следующее: около 30 % (включая опционы) — у основателей и менеджеров, 60 % — у инвестфондов, 10 % — у частных инвесторов и бывших сотрудников, «золотая акция» — у Сбербанка.

2011-й стал годом окончательного перехода «Яндекса» в другой статус — глобальной компании: не только по сути, что произошло давно, но и на бумаге, с момента начала свободной торговли бумагами компании на бирже NASDAQ в конце мая.

В тот же год поисковик заявил о глобализации и экспансии бизнеса, запустив в сентябре турецкий «Яндекс». Разумеется, это не означает, что волшебным способом компания, а главное, ее сотрудники, управленцы и акционеры тут же стали соответствовать новому качеству. До нового мироощущения и самой компании, и яндексоидам еще предстояло расти.

Кроме того, были реализованы два технологических прорыва: запущена поисковая платформа «Рейкьявик» для англоязычного сектора Сети и сервис статистического перевода — один из трех во всем мире.

В середине апреля 2011 г. «Яндекс» вышел на финишную прямую. Примерно за месяц до проведения торгов на нью-йоркской бирже NASDAQ пришлось уже открыться, выложить все свои козыри и указать на слабости, с которыми «Яндекс» подошел к главному событию года, к которому его толкали последние несколько лет.

Понятно, что до биржи «Яндекс» дошел в основном стараниями спекулянтов, скупивших значительную долю компании. Совершенно очевидно, что яндексоиды во главе с Воложем прогнулись под давлением инвесторов, которым IPO было нужно исключительно для наживы. «Яндекс» не нуждался в дополнительных инвестициях — у самой преуспевающей компании российского ИТ-рынка уже долгие годы было достаточно средств для развития. Но деваться было некуда. Из случившегося системного проигрыша Воложу предстояло извлечь максимум рациональных и иррациональных преимуществ. Хотя смириться с этим ему было трудно. Впрочем, внешне он демонстрировал хладнокровие. Волож давно научился скрывать свою растерянность, но именно к этому состоянию он сейчас был близок. Как и шесть лет назад, когда в 2005–2006 гг. по наводке Леонида Богуславского в «Яндекс» вломился Tiger во главе с Чарльзом Колеманом. Как и тогда, Волож не знал, чем может обернуться для «Яндекса» новая угроза: недоставало данных, чтобы проанализировать ситуацию.

Решению именно этой, вполне математической задачи он посвятил несколько месяцев до объявления публичных торгов.

А вот теперь Воложу уже можно было расслабиться и получить удовольствие размером примерно в $100 млн.

Главным координатором IPO Yandex N.V. был выбран банк Morgan Stanley, который вместе с банками Deutsche Bank и Goldman Sachs занялся организацией размещения. Соисполнителями станут Piper Jaffray & Co. и Pacific Crest Securities LLC.

Yandex N.V. предварительно был оценен в $6–9 млрд. По результатам 2010 г. его единственный актив — ООО «Яндекс» — заработал 12,5 млрд рублей ($410 млн), и значит, соотношение капитализации и выручки составило примерно 14,6–22. Для сравнения: у Baidu соотношение капитализации и выручки составляло на тот момент 42,2, у Google — 5,5, у Mail.Ru Group — 20,9.

Акционерный капитал Yandex N.V. будет состоять из 80 млн акций класса A, обладающих правом одного голоса, зато подлежащих свободной купле-продаже на бирже, и 216 акций класса B, которые не могут быть выставлены на бирже, но обладают десятью голосами. Это означает, что на биржу были выведены только акции класса А.

Соответственно, владельцы акций класса B, желающие принять участие в торгах на свободном рынке, могли обменять акцию класса B на одну акцию класса A и одну класса C, которая обладает девятью голосами, но подлежит безвозмездной передаче «Яндексу» с последующим погашением по курсу.

Например, крупнейший совладелец Yandex N.V., группа фондов Tiger Global, воспользовался этим правом и накануне торгов конвертировал свои акции класса B в A, сократив долю B с 20,24 до 2,74 %, став крупнейшим держателем акций класса A с долей 70,9 %. И крупнейшим продавцом на предстоящих торгах.

Спустя две недели, 28 апреля 2011 г., станет известно, что голландская мать «Яндекса», компания Yandex N.V., направила в американскую комиссию по ценным бумагам и биржам уведомление о намерении провести в мае IPO на бирже NASDAQ. Тогда же был озвучен и прогноз по привлечению средств от IPO в размере $1 млрд.

Организаторы размещения оценили компанию в $8 млрд (при $25 за ADR), объявленный объем размещения в $1,3 млрд (52 174 088 акций класса A, каждая из которых обладает одним голосом).

IPO «Яндекса» оказывалось вторым за полгода (после Mail.Ru Group) размещением на бирже крупнейших российских интернет-компаний.

В приложенной к уведомлению пояснительной записке соискатель сформулировал для потенциальных инвесторов основные угрозы своего развития. Основным конкурентом на глобальном рынке поиска был назван Google, позиции которого на интернет-рынке, как предполагали тогда в «Яндексе», будут укрепляться в том числе за счет мобильной платформы Android. Крупнейшим своим локальным конкурентом на рынке поиска «Яндекс» назвал Mail.Ru и российское правительство, которое на тот момент еще носилось с идеей создания «национального поисковика», что могло бы также привести к снижению доли «Яндекса» в российском секторе мировой Сети. А в борьбе за рекламодателя и аудиторию яндексоиды ожидали соперничества со стороны «Одноклассников», «ВКонтакте», Facebook.

К насущным угрозам в своем развитии «Яндекс» отнес ряд технологических и системных рисков: поисковый спам, лжеклики на рекламные баннеры, использование «Яндекс. Денег» для мошеннических операций, онлайн-казино, продажи детской порнографии и других незаконных операций. Также компания предупредила инвесторов, что поскольку ее офис находится в центре Москвы, это может ограничить возможности для роста компании из-за высокой стоимости аренды.

Согласно проспекту, основными продавцами акций являлись Tiger Global (7,48 млн бумаг), Baring Vostok (6,24 млн) и Аркадий Волож (4,05 млн), а также сотрудники компании.

Главная тема проспекта, ради которой, собственно, многие из яндексоидов работали последние годы, посвящена будущему обогащению.

Опционная программа в «Яндексе» действовала с 2007 г. и рассчитана она была на период до 2017 г. Опционы выдавались по решению руководства программистам и другим ключевым сотрудникам, уточняет источник в компании. На опционы было выделено 10 % акций — 32,12 млн, и реализовать их можно было по частям в течение четырех лет: 25 % выделенного пакета сотрудник получал через год с момента назначения опциона, а затем еще по одной шестнадцатой ежеквартально.

На конец марта 2011 г. в русском «Яндексе» работали 2677 человек, и участниками опционов были почти 10 % из них. Более половины общего количества акций, зарезервированных под опционы, — 17,36 млн — уже закреплены за сотрудниками: они могли выкупить бумаги в среднем по $3,62 за акцию. Цену продажи этих акций до IPO определял совет директоров Yandex N.V.

В среднем же по опционам, выдававшимся до 2011 г., стоимость покупки акции составляла $2–4. Самый дешевый опцион достался в январе 2009 г. сотрудникам ООО «Медиа Селлинг» — на 378 000 акций по цене 1 цент за каждую. Стоимость нереализованных на момент IPO опционов «Медиа Селлинга» (314 000 акций) — $8,6 млн. Из 17,36 млн акций, выделенных на опционы, 9,99 млн уже могли быть реализованы на момент IPO. Если бы все оставшиеся 7,37 млн акций были сразу же проданы, то их владельцы — приблизительно 270 человек — могли бы рассчитывать на $227 млн. Конечно, поровну не получится. Размер опциона зависит в том числе и от занимаемой должности. Правило Парето: 20 % сотрудников (прежде всего топ-менеджмент) имеют право на 80 % акций, в среднем по $3,7 млн на брата. Оставшимся 80 % достается по $208 000 на душу. Конечно, при удачном стечении обстоятельств и рядовой сотрудник может стать миллионером. Но требуемый для этого бурный рост акций должен продолжаться четыре года (стандартный для Кремниевой долины срок опционного контракта), когда нельзя уволиться.

После IPO владелец опциона сможет продать бумаги по цене, соответствующей цене закрытия торгов на день присуждения опциона.

Сам Волож мог бы заработать на IPO около $111,4 млн, продав 4,46 млн из 44,57 млн акций, следует из проспекта.

Более того, после IPO он получит опцион еще на 500 000 акций, но уже по цене реального размещения.

Все зарезервированные под опционы акции (17,36 млн) стоили $598 млн.

Причем, согласно майскому проспекту эмиссии, сотрудники, которые не договорились о размещении своих акций непосредственно на IPO, не могут продавать бумаги ранее чем через 180 дней после первичного размещения. Для Аркадия Воложа и Ильи Сегаловича срок был больше — один год. Запрет распространялся и на банки-андеррайтеры. Эмбарго было действительно до 21 ноября 2011 г. Впрочем, по окончании эмбарго тотальной распродажи не произойдет, так как принятые «Яндексом» стандартные опционные правила предусматривают их постепенную реализацию: 25 % — по истечении 365 дней после выдачи, оставшееся — равными долями в последний день каждого квартала последующих трех лет.

И вообще, все шло хорошо, ожидаемо. Вследствие повышенного спроса уже к 20 мая книга заявок на акции Yandex N.V. была переподписана более пяти раз. А за день до размещения компания повысила ценовой диапазон с $20–22 до $24–25 за ADR. И не прогадала.

Настал большой день. День, когда Волож вместе с яндексоидами окончательно вписали свои имена в анналы современного капитализма. Теперь история «Яндекса» будет делиться на две части: до торгов и после них.

24 мая 2011 г. компания Yandex N.V., которая контролирует 100 % ООО «Яндекс» (владеющего порталом http://yandex.ru), провела прайсинг IPO на бирже NASDAQ на уровне $25 за акцию, что соответствует $8,031 млрд за всю компанию.

В тот знаковый день, 24 мая 2011 г., в 18:30 по московскому времени со словами «Ребята, найдется все!» Волож открыл торги. Аркадий, тогда еще усатый, стоял под дождем из красного конфетти чуть впереди смущенного Сегаловича и, как в лучшие годы, когда казалось, что нет неразрешимых задач, орал во всю глотку.

В первые же минуты котировки взлетели с $25 за расписку до $34,64 (рост — 40 %), то есть стоимость компании составила $11 млрд. На 22:30 по московскому времени бумаги подросли до $37,36 (рост 49,4 %) за ADR (капитализация $12 млрд). В итоге, когда закончились торги, крупнейший российский поисковик стоил $12,5 млрд, его ADR подорожали на 55,3 %, до $38,84.

Конечно, все равно немного. И потому для инвесторов чрезвычайно привлекательно. Для сравнения: акции Google торговались на тот момент по $518, акции китайской Baidu — по $129. Размещение российской компании стало крупнейшим в мире интернет-IPO после Google (который в 2004 г. привлек $1,67 млрд).

Даже первоначальная оценка «Яндекса» сделала его почти вдвое дороже Google по соотношению P/E (рыночная стоимость к чистой прибыли), указывал Bloomberg: 23 против 13.

«Все получилось так, как мы и планировали. Все идет по плану… Мы шли к этому дню шесть лет», — кинул в суматохе журналисту «РИА Новости» Аркадий Волож, раскрасневшийся и очевидно перевозбужденный.

Возбуждение в тот день охватило всю компанию. Яндексоиды всех уровней столпились у экранов, установленных во всех российских офисах, и радостным криками подбадривали в онлайн-режиме своего босса. Это были незабываемые часы. Градус корпоративного содружества в часы трансляции торгов акциями родной компании на NASDAQ достиг апогея. Это была команда, объединенная общей целью. Да, наживы, но в те моменты люди даже не думали о деньгах. Было ощущение победы, выхода на новый уровень.

И не важно, что уже на следующий день, 25 мая, бумаги компании подешевели: на 21:30 по Москве цена ADR Yandex N.V. снизилась на 9,17 %, до $35,28, стоимость компании составила $11,33 млрд.

В рамках IPO было размещено 52,18 млн обыкновенных акций (16,3 % от увеличенного капитала), из них 15,4 млн акций допэмиссии.

С учетом опциона общий объем IPO достиг $1,43 млрд за вычетом комиссии андеррайтеров ($1,25 за бумагу). Free float составил 17,6 %.

Зафиксированный результат означает, что предварительно и подробно описанные «Яндексом» в регистрационной заявке специфические для России риски (президентские выборы, противоречивость законодательства, политический прессинг) не смутили инвесторов, скупивших акции по верхней границе предложения.

Компания продала 15,4 млн акций, что позволило ей привлечь за вычетом комиссии андеррайтеров ($1,25 за бумагу) $399 млн. «У нас нет конкретных планов для этих денег, по крайней мере ничего такого, что мы могли бы объявить… Все меняется, появляются новые бизнес-модели. Надо иметь кэш на счету, чтобы в случае чего что-то сделать», — спустя некоторое время скажет «Интерфаксу» Аркадий Волож, по словам которого «Яндекс» разместил эти средства на банковских депозитах, сохранив их с прицелом на появление новых возможностей на рынке.

Остальные 36,7 млн размещенных акций принадлежали акционерам Yandex N.V., которые смогли заработать $919 млн.

Крупнейшим продающим акционером в ходе IPO выступил американский инвестфонд Tiger Global, который собирался разместить 7 484 720 акций. Исходя из цены в $25 за акцию, фонд заработал около $187 млн. Фонд Baring Vostok продал 6 242 095 акций на $156 млн, Аркадий Волож — 4 052 027 бумаг на $101 млн, Илья Сегалович — 818 182 акций на $20,5 млн.

Председатель совета директоров «Систематики» Леонид Богуславский продал акций «Яндекса» на $67,7 млн, сохранив за собой на тот момент через офшор Roth Advisors около 6 % голосующих акций компании. Члены совета директоров Yandex N.V. также смогли в результате торгов поправить свое благосостояние: основатель «Объединенной финансовой группы» и партнер фонда Almaz Capital Чарльз Райн заработал $70,8 млн, Бен Кол (через Cole Management) — $59,5 млн, президент Firehouse Capital Джон Бойнтон (через офшор John W. Boynton Trust) — $5,8 млн.

Посильное участие в торгах принял менеджмент компании. Коммерческий директор Алексей Третьяков заработал $9,165 млн, руководитель департамента разработки Алексей Мазуров — $3,636 млн, директор по проектам Дмитрий Иванов — $4,845 млн, директор по системному администрированию Михаил Фадеев — $454 000.

Праздник жизни для ветеранов «Яндекса» был тиражирован. После IPO почти каждый штатный яндексоид получил по десять условных акций за каждый год работы в компании. Эти, как их еще называют, фантомные акции можно было обналичить в виде премии лишь 30 декабря 2011 г. по курсу котировок на NASDAQ.

Еще в мартовском интервью журналу Forbes Аркадий Волож заявил, что в результате IPO в компании появится «несколько десятков миллионеров». Видимо, из чувства самосохранения главный яндексоид занизил цифру. Получилось больше.

Вот как Волож прокомментирует это знаковое событие спустя почти год: «Я ничего такого от IPO не ожидал. Нам нужно было стать ликвидными, мы стали. Задача выполнена, более чем. У нас обороты на бирже измеряются десятками миллионов в день. Мы выполнили обещания перед акционерами и сотрудниками. Обещали, что рано или поздно их компания будет ликвидной — она ликвидная. Все остальное — вопрос техники, и, в общем, нас напрямую не касается. Наше дело — бизнес строить».

В ходе размещения инвесторы приобрели 52,2 млн акций компании. Большую часть во время IPO купили американские инвесторы, немного — английские, около 6 % размещенных акций досталось российским инвестфондам, в частности «Тройке Диалог» и «Ренессанс Капиталу».

Организаторы IPO «Яндекса» — Morgan Stanley, Deutsche Bank и Goldman Sachs — в полном объеме реализовали опцион на переподписку в ходе размещения, выкупив акции на $130 млн. Инвестбанки приобрели 5,21 млн акций по $25.

Инвестиционное подразделение банка Morgan Stanley (Morgan Stanley Investment Management — MSIM) выкупило во время и после IPO почти четверть размещенных бумаг. К 31 мая MSIM скупило уже 13,7 млн акций класса А (10,2 % от всех акций этого класса), что составило на тот момент 23,9 % размещенных на бирже акций, или 4,26 % уставного капитала Yandex N.V. При этом в голосах этот пакет всего 0,66 %, так как акции класса А дают право на один голос в отличие от акций класса В, дающих право на десять голосов. Если исходить из цены размещения ($25 за акцию), то весь пакет мог стоить Morgan Stanley $335,8 млн.

После IPO среди владельцев появились новые имена. Например, вторым по величине портфельным инвестором Yandex N.V. стал американский инвестфонд Lone Pine Capital, который скупил 6,2 млн акций материнской компании, что соответствовало 1,9 % уставного капитала (0,3 % голосов).

А уже 1 ноября 2011 г. из отчета «Яндекса» перед Комиссией по ценным бумагам и биржам США (SEC) по текущему состоянию своей опционной программы стало известно, что в ходе публичного размещения акций в мае 2011 г. держатели опционов выкупили по цене размещения бумаги своей компании на сумму более $50 млн. Часть опционов была реализована в ходе IPO. Большая часть опционов была реализована по цене размещения, а купить по $25 могли те, кому эти опционы были выданы. Среди таких опционеров был, видимо, и Аркадий Волож, которому, напомню, был дан опцион на 500 000 акций. И, разумеется, другие ветераны и топ-менеджеры компании.

«Мы приветствовали бы любых финансовых инвесторов, готовых, не вмешиваясь в управление компанией, просто растить вместе с нами свои деньги», — говорил за пару лет до IPO Аркадий Волож. Но те времена, когда яндексоиды могли выбирать инвестора, навсегда ушли в прошлое. В прошлое ушла и свобода выбора. И не только. В прошлое уйдет что-то неизмеримо более важное. Как воздух из проколотого шарика, из атмосферы «Яндекса» улетучатся свобода, непосредственность, особенный шарм, всегда присущий этой компании. Очень скоро яндексоиды во главе с Воложем на себе почувствуют, что значит быть публичной компанией, которая стала всего лишь предметом наживы для финансовых спекулянтов.

28 июля 2011 г. котировки «Яндекса» обрушились на 6,5 % — это произошло после публикации отчетности компании за второй квартал. Итоги оказались хорошими, но рынок ждал большего, отметят тогда аналитики.

И это был только первый сигнал. Недостаточно сильный, судя по Воложу, который не до конца прочувствовал новую конструкцию, в которой ему теперь приходится жить: «По сути, мало что изменилось. У нас и раньше были иностранные инвесторы. Мы и до IPO ежегодно объявляли свои результаты, то есть изменения скорее количественные, а не качественные».

По-настоящему вразумляющая яндексоидов история произошла спустя два месяца.

28 сентября 2011 г. котировки Yandex N.V. рухнули на 13,1 % — до $22,9 за акцию. Это почти вдвое ниже максимальной рыночной цены после майского IPO ($42,01). Сама компания объяснила столь негативную реакцию инвесторов своей излишней прямолинейностью в общении с ними: выйдя из московского офиса компании, где инвесторы встречались с генеральным директором Аркадием Воложем, они отдали команду на масштабную распродажу акций, чем вызвали падение котировок «Яндекса».

Нельзя сказать, что Волож испугался. Но он засуетился. И сразу после этого «Яндекс» обратился к своим акционерам с растиражированным впоследствии посланием:

Дорогие инвесторы, мы признательны за внимание, которое вы уделили сегодняшнему резкому снижению цены наших акций. Хотя мы не можем уверенно говорить о точных причинах этого снижения, оно может быть результатом встречи с группой представителей хедж-фондов, которая прошла сегодня ранее в нашем офисе. В ходе встречи инвесторы среди прочего задавали вопросы о недавнем сокращении доли русскоязычных поисковых запросов «Яндекса» (по данным LiveInternet) и его конкретных причинах. Ответ, который дал наш CEO Аркадий Волож, был честным и прямолинейным, как обычно, но он мог быть превратно истолкован как мрачный и пессимистичный. Как вы знаете, Аркадий высоко ценит компанию, которую построил, и спад поисковой доли находится в фокусе его внимания. Его откровенность могла быть воспринята как пессимизм насчет будущего компании. К вашему сведению, причины недавнего спада включают как рост доли русскоязычных поисковых запросов через Chrome, в том числе усиление позиций Google в самом Chrome, а также несколько причин, которые могут быть охарактеризованы как конкурентное давление со стороны Google. Несмотря на проблемы с поисковой долей, мы оптимистично смотрим на будущее компании. Мы также хотели бы отметить, что LiveInternet является важным барометром, но не единственным инструментом для оценки качества поиска. У компании есть опыт успешного решения подобной проблемы в прошлом (2007–2008). Мы надеемся, что вам помогло это объяснение, и извиняемся, что нашей откровенностью в общении с инвесторами злоупотребили.

С наилучшими пожеланиями,

департамент по связям с инвесторами «Яндекса»

На следующий день, 29 сентября, акции «Яндекса» выросли и в первые минуты торгов подорожали более чем на 5 %. После небольшой коррекции рост был зафиксирован на уровне 1,5 %.

Что же это за встреча такая была? Организовал ее банк Goldman Sachs, пригласив в Москву представителей четырех-пяти хедж-фондов, владеющих значительными пакетами акций компании. Задача: убедить инвесторов увеличить вложения в «Яндекс». Цель: повысив таким способом котировки российского поисковика, распродать часть своей доли, чтобы зафиксировать прибыль. Мотив: возможно, Goldman Sachs понадобились свободные средства.

Результат получился анекдотичный. Обратный ожидаемому. Во-первых, момент встречи был выбран рисковый, за три дня до закрытия квартала, то есть подведения итогов финансового периода, фиксации инвесторами портфеля. Это было наивно.

Во-вторых, менеджеры Goldman Sachs в своей формальной самонадеянности недоучли психологический фактор. То есть атмосферу в русских ИТ-компаниях, отношения в которых всегда были сдобрены шуткой и юмором.

Инвесторы этого и не хотели знать. Скорее всего, встретив после этого случая Воложа на улице или где-нибудь на приеме, они бы его не узнали. Потому что для них «Яндекс» был всего лишь объектом наживы, начисто лишенным человеческой составляющей. И люди, принадлежащие этому объекту, были для них безликой массой, никак не идентифицируемой.

Выступивший перед гостями Волож по определению видел в инвесторах совладельцев своей родной компании, то есть порой на прямые вопросы отвечал шутливо и говорил с ними как с коллегами, на худой конец, партнерами. Но они таковыми не были.

В каком-то смысле в «Яндекс» пришли не люди, а функции, которые лишь фиксируют ситуацию, не предполагая в ней своего участия. И поэтому после встречи с Воложем эти функции начали активно сбрасывать акции «Яндекса», чем и вызвали обрушение капитализации компании.

В-третьих, Волож — может быть, впервые столь явственно — почувствовал новую реальность, где он оказался вместе с компанией, которая перестала уже принадлежать ему и соратникам, перейдя в разряд публичной.

Если суммировать оценки внезапного для внешнего наблюдателя провала котировок «Яндекса», можно выделить несколько причин реального снижения доли кликов с «Яндекса» на 3,3 % за третий квартал 2011 г.

Летом 2011 г. «Яндекс» завершил многомесячную облаву на оптимизаторов, в результате которой рекламодателям стало невыгодно и даже опасно использовать создаваемые оптимизаторами ботнеты, имитирующие посетителей, аккуратно накручивающих переходы с «Яндекса», то есть трафик посещения сайтов рекламодателей, с целью их продвижения в поисковой выдаче. Оптимизаторский маховик исправно работал более полутора лет, примерно с конца 2009 г. Ежедневно это были сотни тысяч, а может быть, и миллионы фальшивых кликов на сайты рекламодателей с поисковика. «Яндекс» остановил такой массовый метод продвижения в связи с угрозой реальных финансовых потерь в своей рекламной сети. В июле было объявлено о тотальной зачистке от ботнетов, имитировавших посетителей. И более 1000 компаний, использующих услуги оптимизаторов, были понижены в результатах поиска.

В августе — сентябре — эксперименты с новым дизайном. Непривычно прыгающее окно поиска и одна страница выдачи с элементами (с перспективой зависания браузера). Несовместимость новых скриптов в дизайне со старыми версиями браузеров, а пользователи с такими браузерами упорно не хотят их обновлять или не знают, как это сделать.

Еще одной реальной причиной спада стало исключение из русской версии браузера Chrome возможности выбора «Яндекса», в результате чего поисковик потерял 1–3 % своей доли в Рунете.

В сентябре 2011 г. (по данным comScore) «Яндекс» вышел на пятое место (по ежемесячным запросам) среди поисковых систем мира: Google (более 118 млрд запросов), Yahoo! и Baidu (по 11 млрд), поисковые сайты Microsoft (Bing плюс поиск на сайте http://microsoft.com — около 5 млрд), «Яндекс» (3 млрд запросов — 1,7 % рынка). И это несмотря на то, что в России практически весь 2011 г. (по данным LiveInternet) «Яндекс» терял свою поисковую долю: 64,6 % — май, 63,1 % — август, 61,1 % — сентябрь, 60,8 % — ноябрь. И это на фоне Google, доля которого весь год в России росла, например, в августе Google имел 23,3 %, а в ноябре — 25,4 %. Что, конечно, было особенно обидно, если не сказать больше.

А приходится, потому что потеря рынка спровоцировала неуклонное падение котировок «Яндекса» на фондовом рынке: 29 сентября 2011 г. котировки на NASDAQ упали на 13 %, до $22,62 за ADR, что на $2,38 ниже стоимости акций поисковика по итогам IPO в мае.

Лишь к декабрю 2011 г. (по данным LiveInternet) «Яндексу» удалось остановить падение поисковой доли в России. Впрочем, капитализация компании продолжала снижаться. И эти провалы уже не соотносились не только с Google, но и с ошибками самой компании.

От выпуска собственного браузера «Яндекс» отделял почти год. И за этот год яндексоидам предстояло научиться адекватно представлять свою компанию финансовому миру, частью которого «Яндекс» стал окончательно и бесповоротно. То есть нужно было в короткие сроки начать соответствовать духу создаваемой великой компании, которая в одночасье ушла в отрыв от создающих ее людей.

Урок запомнился. Еще спустя некоторое время Волож выскажется как по учебнику: «Выход на публичный рынок позволил нам стать публичной компанией — сейчас все больше людей в мире узнает название “Яндекс”, у нас появились новые инвесторы. В целом, это вполне закономерный шаг в развитии компании… Но дополнительный груз ответственности, безусловно, есть: в этих условиях приходится больше внимания уделять инвесторам. Сугубо частная компания может идти на риск и никому ничего не объяснять. Нам же приходится проговаривать все сначала внутри компании, а затем неоднократно объяснять инвесторам».

К концу 2011 г. одним из логичных следствий IPO станет решение о прекращении с 2011 г. практики выплаты дивидендов. А ведь еще в 2003 г. «Яндекс» стал первой компанией Рунета, выплатившей дивиденды акционерам (в размере $100 000). В итоге в период 2003–2010 гг. акционеры получили $74,6 млн. По словам финансового директора Александра Шульгина, пока «Яндекс» был частной компанией, дивиденды акционерам выплачивались, поскольку «не было другого способа получить прибыль от инвестиций в компанию», а «после IPO “Яндекса” на NASDAQ в мае акционеры сами решают, когда продавать или покупать акции; поэтому принято решение, что компания больше не будет платить дивиденды».

По словам Шульгина, средства, освободившиеся в 2011 г. в связи с закрытием дивидендной программы, будут реинвестированы в развитие «Яндекса», в частности в строительство дата-центров, а также покупки долей в интернет-компаниях.

Своим правом продажи акций акционеры Yandex N.V., владевшие бумагами «Яндекса» до майского IPO, смогли воспользоваться начиная с 21 ноября 2011 г., когда закончился мораторий — период, когда акциями «Яндекса» на рынке могли оперировать только новые инвесторы. Разумеется, массового сброса акций не произошло. Например, Леонид Богуславский, один из самых активных лоббистов превращения «Яндекса» в публичную компанию, к декабрю 2011 г. из своего почти 6 %-ного пакета акций компании продаст за $70 млн всего 1 %.

Ну а поскольку Волож и яндексоиды поиск и его качество ставили на первое место, год оказался прорывным и в этой области. Это было важно и в процессе подготовки к IPO.

В 2012 г. еще несколько сотен сотрудников «Яндекса» были введены в опционную программу. И Волож подтвердил, что в результате IPO и «нашей опционной программы среди сотрудников “Яндекса” первой-второй волны появилось больше ста долларовых миллионеров».

После IPO старые и новые совладельцы практически не прекращали манипуляции с акциями «Яндекса» — кто в поисках наживы, кто в целях получения большей власти в компании.

В течение 2012 г. американский хедж-фонд Tiger Global Management сократил на три четверти свою долю в «Яндексе», продав в общей сложности около 16,7 млн акций поисковика, которые могли принести ему более $400 млн. Оставшаяся доля Tiger (совладельца «Яндекса» с 2006 г.) в 15,3 млн акций оценивается в $400 млн. То есть с ноября 2011 г., когда истек мораторий на продажу акций изначальными инвесторами, Tiger продал 39,5 млн акций. Тем не менее Tiger Global Management остается еще одним из крупнейших акционеров российского поисковика: на конец декабря 2012 г. он владел 4,68 % всех акций «Яндекса». Tiger инвестировал в «Яндекс» около шести лет назад, то есть за несколько лет до IPO, и еще до глобального кризиса 2008 г. начал предпринимать попытки зафиксировать прибыль. В 2008 г. он был одним из инициаторов размещения акций «Яндекса» на бирже, но помешал кризис. К IPO Tiger аккумулировал 20,5 % акций «Яндекса», во время IPO продал около 4 %, заработав $187 млн.

Немного уменьшил долю в Yandex N.V. и Morgan Stanley — с февраля по конец декабря 2012 г. количество принадлежащих ему акций поисковика уменьшилось на $0,94 млн (до 14,87 млн бумаг).

В декабре 2012 г. крупным продавцом стал Kameson Management, который сообщил о намерении реализовать 3 млн акций (из 5,515 млн акций класса А по данным на 16 февраля 2012 г.). К нему присоединился фонд Saint Davis Trust, выставивший на торги 500 000 акций.

Фонд Kameson Management распоряжался акциями «Яндекса» от имени фонда UFG Private Equity Fund II LP. Его управляющим директором является член совета директоров «Яндекса» Чарльз Райн, который является и партнером фонда Almaz Capital.

Также в ноябре 2012 г. около 204 000 акций «Яндекса» примерно за $4,55 млн продал фонд Almaz Capital.

Еще одним продавцом выступил старейший сотрудник и акционер Владимир Иванов, который продал 1,5 млн акций класса В.

И если все указанные акционеры продавали с целью фиксации прибыли, поскольку хотели большей отдачи от инвестиций, нежели им может обеспечить «Яндекс», или просто заработать денег, как, например, Владимир Иванов, то манипуляции другого акционера преследовали иные цели.

Старейший и самый крупный акционер «Яндекса» Baring Vostok Capital Partners с середины февраля по конец декабря 2012 г. продал 4,85 млн акций класса А, купив при этом 1,26 млн акций класса В. Таким образом, голосующая доля Baring в «Яндексе» выросла с 30,4 до 34,1 %. Акции класса B можно продавать только тем акционерам, у которых уже есть акции этого класса.

Фонд BC&B Holdings B.V., по данным на 16 февраля 2012 г., управлял акциями, в частности, генерального директора «Яндекса» Аркадия Воложа и фонда Baring Vostok Capital Partners, чей партнер Елена Ивашенцева входит в совет директоров компании.

Суммарно BC&B Holdings B.V. распоряжался (по данным на февраль 2012 г.) 57,8 млн акций класса В и 9,59 млн акций класса А. Данный фонд на 100 % принадлежит кипрской компании Strickland Holdings. Ее владельцами являются фонд Baring Vostok Nominees (21,9 %), Dehus Dolman Nominees (21,8 %), Chouet Nominees (48 %) и Belka Holdings (8,3 %), которая на 100 % принадлежит Воложу.

Секрет манипуляций BC&B Holdings B.V. очевиден. «Яндекс» защищается от поглощения неквалифицированным инвестором, пытаясь в новом формате собственности обеспечить контроль над компанией.

В марте 2013 г. было объявлено о проведении вторичного размещения акций (SPO) «Яндекса». Всего в обращении на тот момент находилось 328,7 млн акций «Яндекса». Предполагалось, что в рамках размещения акционеры компании (среди них Аркадий Волож, Илья Сегалович и фонды Emerald Trust и BC&B Holdings B.V.) продадут 7,38 % акций на сумму свыше $600 млн. И это несмотря на заявление Воложа, сделанное осенью 2012 г., об отсутствии планов по дополнительной эмиссии, поскольку «у нас еще остались достаточно большие средства от IPO — несколько сотен миллионов долларов. Мы почти не тратили деньги от IPO». Денег захотелось? Или появились новые договоренности внутри инвестиционного пула акционеров компании?! По данным на 1 марта 2013 г., Волож владел 12,21 % акций «Яндекса», Сегалович — 2,56 %.

Объясняя продажу 0,06 % акций, Сегалович сообщил, что «решение о продаже акций было обусловлено финансовыми причинами и не связано с нашей верой в будущее компании. Я потрачу вырученные средства на благотворительность. Я продал очень маленький пакет». Впрочем, это уже частности, будни публичной компании. Важнее внутренняя оценка нового качества, и она казалась весьма позитивной. «Мы не очень обременены статусом публичной компании. До IPO “Яндекс” по размеру уже был достаточно крупной компанией, и после IPO у нас больших изменений внутри компании не произошло. Мы долго готовились к размещению, поэтому нам не пришлось вдруг что-то с нуля переделывать. Мы и до этого регулярно разговаривали с инвесторами, презентовали им свою отчетность», — с удовлетворением констатировал Волож «Яндекса».

Оглавление книги


Генерация: 1.143. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
поделиться
Вверх Вниз