Книга: Разоблаченный логотип, или Психогеометрия

3.2. Где командный центр, или Геометрический психоанализ фигуры

3.2. Где командный центр, или Геометрический психоанализ фигуры

Шпаги звон, как звон бокалов.

Из песни «Кто на новенького?»

Расчленив идею, не сохранишь команды.

Назидание командорам и команданте

Против всех! И все за одного!

Политические баталии в детском саду

С угловатостью и жесткостью сторон треугольника немного разобрались. Против очевидного трудно спорить. Теперь зададим интересный вопрос: проявлен ли визуально, т. е. феноменологически, геометрический центр у треугольника? Иными словами, треугольник центричная фигура или нет? У равностороннего треугольника (рис. 3.1) угадать, где его центр, в принципе не сложно, но вот визуально он все же никак не проявлен. Нам ведь пришлось делить углы пополам и искать точку пересечения всех трех биссектрис. Проблема становится куда более затруднительной, если у нас вытянутый с острым углом ударный треугольник (рис. 3.2). Умозрительный центр понемногу смещается в сторону вытянутого угла, но точно его рассчитывать придется строго геометрически. При максимально вытянутом сверхударном треугольнике визуально центр уже не определяется (рис. 3.3). Рискнем утверждать, что по своей природе треугольник отнюдь не центричная фигура, то бишь директивный центр как таковой проявлен у него как-то уж очень неотчетливо. Нужно прилагать специальные усилия, чтобы точно рассчитать его координаты. Чего наш мозг без особой на то мотивации как раз делать-то и не будет. Так что в виде личного штандарта для харизматического лидера треугольник вряд ли подойдет. Треугольник – это скорее «мы», нежели сплошное «я». Мушкетеры, казаки Запорожской Сечи, поморы Севера больше всего ценили идеи товарищества. Вполне возможно, так себя вели и конквистадоры. Иначе при столь малых силах они б не взяли под свой контроль добрую половину Американского континента.


Не имея единого властного центра, треугольник тем не менее обладает мощнейшими ударными качествами и максимально жесткой структурой своих сторон. И еще – он очень целостен. Вот условие одной из трех знаменитых геометрических задач еще со времен Платона: «При помощи циркуля и линейки, не привлекая никаких других геометрических инструментов, разделить данный угол на три равные части, так называемая трисекция угла». Попробуйте, насколько это легко и точно выверено получится. Не хочет угол делиться «на трое», и все тут. Все спаяно воедино.

Треугольник как нельзя лучше передает смысл единой команды. Один за всех и все за одного. Нет вождя, фюрера, какой-либо центровой или административно структурированной иерархии, но есть направление главного удара и жесткая сцепка, чтобы выстоять перед всеми невзгодами. Всем вместе. Заметьте, функциональность однозначно преобладает над чистой идейностью.

Дизайнерам на заметку. Углы всегда в этой фигуре нагляднее, нежели центр и внутреннее поле. Слабое место – средина стороны, особенно вытянутой (рис. 3.4).


В индивидуальном аспекте треугольник выдает предельно целостную личность с выраженными фрондерскими чертами характера (см. общую характеристику фигуры). Это прежде всего бескомпромиссность, жесткость, ударность, целенаправленность, если есть вытянутый угол. Отметим еще одну характерную особенность целостности и единства треугольника. В отличие от рациональной структуры квадрата вы не можете разделить внутреннее пространство треугольника на некие блоки и составные элементы. Можно, конечно, попробовать, но это уже будет некая «насильственная» геометрия. А все потому, что треугольник – фигура иррациональная. Индивидуумы подобного психологического типа к голосу своего рацио прислушиваются далеко не всегда. Фирма-треугольник также предпочитает риск и экспансию скучноватому просчету прироста дивидендов от малоприбыльных, но гарантированных инвестиций. Как уже отмечалось, собственная производственная база треугольников не самая сильная их сторона. А вот стоять на своем вопреки всему – так это запросто. Иррациональные побуждения тем и сильны, что не требуют доказательств и внутренних рациональных обоснований. На том стоим, и так будет!

Еще один интересный момент. Насколько треугольники авторитарны и деспотичны? Авторитарны – временами очень даже да, а вот деспотичны – однозначно нет. Душа и идея команды и деспотия несовместимы.

Ведь деспот (от греч. despotes) означает повелитель. Треугольники хорошо дерутся и достигают поставленных целей, но они отнюдь не повелители. Из рыцаря сановника или сатрапа никак не сделаешь. Всадник и центурион Понтий Пилат тяготился своей должностью прокуратора Иудеи. А представьте Робина Гуда царедворцем при дворе Ричарда I Львиное Сердце?

В то же время треугольники всегда потенциально авторитарны, поскольку в экстремальных ситуациях они готовы взять на себя всю полноту власти и ответственность за принимаемые решения. Вот только чаще всего не надолго. Все-таки не административная это фигура. Команданте Че Гевара так и не стал успешным министром финансов революционной Кубы.


Как и квадрат, треугольник одной своей стороной всегда может опереться на базис извне, т. е. внешнюю среду. Лучше всего, наверное, это будет получаться у равностороннего треугольника (рис. 3.5). Равносторонний треугольник наиболее толерантный к внешнему окружению и менее всего его атакует. Соответственно самодостаточность и внутренняя производительность у него также наиболее развиты. Равносторонний треугольник напоминает хорошо обеспеченный форпост, могущий длительное время противостоять внешнему давлению. Без чрезмерных атакующих контрвыпадов и лишнего риска.


Взвинченный ввысь острый угол (рис. 3.6) всегда выдает стремление достичь успеха и «вспороть небо». Неоправданный риск комплекса успеха и тенденции к мегаломании тем явственнее, чем выше устремленный вверх острый угол и уже базис, на котором он покоится (рис. 3.7). А если еще угол наклоненный, то вероятность падения или обвала возрастает. Хотя в риске и даже в какой-то отчаянной харизматичности таким людям и фирмам никак не откажешь. Прорыв в космос где-то так и происходил.


Лежащий остроконечный треугольник (см. рис. 3.3) куда более прагматичен. Его прежде всего интересует практический выход из любых предпринимаемых акций. Такой треугольник работает в зоне базиса и основных жизненных потребностей. Но здесь он действует наверняка, а если так уж надо, то и беспощадно. В рукопашной схватке «нижний проход» самый опасный и результативный. Для нападающей стороны.


Интересен психоанализ треугольника с выступающим острым углом влево назад (рис. 3.8). Нижний угол при этом оказывается тупым. Тоже символично. По сути, мы имеем дело с ретрофлексией и нападением на самого себя либо на свое прошлое, т. е. припрятанный «скелет в шкафу» не дает возможности двигаться вперед. Ударная сила треугольника направлена вспять. Также, вполне вероятно, мешают болезненные воспоминания о былых возможностях и утраченных регалиях. Может быть, борьба с неразрешенными комплексами и незавершенными гештальтами. В итоге – агрессивность и ударная озабоченность «по былому». Но время – непокорная река, которую доселе еще никому не удалось повернуть вспять. Поэтому, возвращаясь, всегда переживаешь прошедшее по-иному. Однако треугольник всегда несет одну жестко зафиксированную идею.


Самый контактный и в то же время определенно запрограммированный на один лишь способ коммуникации, наверное, треугольник с прямым углом (см. рис. 3.9). Прямой угол – это четкая рационализация и конкретные правила взаимодействия. В стиле рацио и логики. Заметим, что прямой угол совершенно лишен нападающей остроты. Он как будто воспроизводит угол квадрата. И легко соединяется с подобными себе логическими структурами. Но только с таковыми. Так что можно договориться, используя некий общий бинарный код. В противном случае всегда возможна атака поражающего угла.

Оглавление книги


Генерация: 0.637. Запросов К БД/Cache: 3 / 1
поделиться
Вверх Вниз