Книга: Тайная жизнь цвета

Сепия

Сепия


Если вам доведется застать врасплох Sepia officinalis, или каракатицу лекарственную, — что само по себе случай нетривиальный, учитывая их невероятные способности к мимикрии, — она отреагирует одним из двух способов. Либо вас окутает плотное облако темной жидкости, либо на вас «набросится» стая подставных каракатиц — темных шаров, сформированных из смеси тех же чернил и слизи. Тем временем S. officinalis метнется в сторону, оставив вас с носом.

Почти все головоногие — группа, включающая осьминогов, кальмаров и каракатиц, — могут производить чернила. Эта темная жидкость цвета обожженных кофейных зерен почти целиком состоит из меланина (см. здесь) и обладает цветом огромной интенсивности[651]. И хотя сегодня эти чернила чаще всего можно найти в ризотто с морепродуктами (они придают этому блюду характерный глянцевый черный блеск воронового крыла), сепия (чернила морской каракатицы) издавна использовалась как пигмент художниками и писателями. Рецептов получения чернил из цефалоподов великое множество, но в целом процедура сводилась к вырезанию мешка, высушиванию и помолу его и последующему кипячению полученного порошка в насыщенном щелочном растворе для извлечения пигмента. Далее «выгашенный» пигмент промывали, сушили, мололи и формировали брикеты для продажи[652].

Римские писатели Цицерон и Персий оба упоминали и, вероятно, использовали сепию в качестве чернил. Очень вероятно, что и поэт Марк Валерий Марциал делал то ж[653]. Марциал родился в городе Бильбилис, что примерно в 150 милях к северо-востоку от современного Мадрида, между 38 и 41 годами н. э.[654]. Его эпиграммы высмеивали нравы жителей Рима (где жил и сам Марциал), скупость патронов и творчество коллег («Ты поучал, Велокс: „Длинноты в эпиграмме неприличны“. / А сам не пишешь вовсе — куда уж лаконичней!» — вот пример его острот[655]). Но молодечество Марциала было, по всей вероятности, ширмой (хотя бы частично), за которой он скрывал обычные для автора неуверенность и сомнения в собственном таланте.

Как-то, отправив патрону очередную коллекцию своих произведений — написанных, вероятно, чернилами из сепии, — он приложил к посылке губку, чтобы адресат вытер слова, которые ему не понравятся[656]. Леонардо да Винчи очень любил использовать теплую сепию для набросков, многие из которых сохранились до наших дней. Колорист Джордж Филд описывал сепию в 1835 году как «мощный темно-коричневый цвет с прекрасной тонкой текстурой» и рекомендовал использовать его как акварель[657].

Сегодня художники по-прежнему ценят сепию за ее «лисьи» рыжие обертона, но остальной мир воспринимает это слово скорее в контексте фотографии. Первоначально фотографии подвергали химической обработке, чтобы заменить серебро в отпечатках на более стабильный компонент — это делало фотографии долговечнее и придавало им теплые охристые оттенки. Современные технологии, конечно, позволяют добиваться того же эффекта без подобных ухищрений, но эти оттенки в массовом сознании пробуждают романтически-ностальгические чувства. Теперь достаточно пары кликов, чтобы с помощью инструментов цифровой обработки изображений заставить только что снятую фотографию выглядеть так, как будто ей лет сто или больше.

Оглавление книги


Генерация: 0.671. Запросов К БД/Cache: 2 / 2
поделиться
Вверх Вниз