Книга: Внутри Apple. Как работает одна из самых успешных и закрытых компаний мира

2. Соблюдайте секретность

закрыть рекламу

2. Соблюдайте секретность

Когда в коридорах Apple появляются ремонтные рабочие, сотрудники знают: затевается что-то масштабное. В считаные дни вырастают стены, врезаются замки, вводится особый пропускной режим. Стекла в некоторых окнах уже не прозрачные, а матовые, есть помещения вообще без окон – они так и называются «закрытые комнаты»; доступ к информации о происходящем в них невозможен без веской причины.

Если ты простой служащий, столь внезапные перемены повергнут тебя в уныние: непонятно, что происходит, а расспросы не приветствуются. Сразу не ввели в курс дела – значит, оно тебя не касается. Более того, твой пропуск теперь не срабатывает там, куда до ремонта вход был открыт. Остается только догадываться, что запущен новый секретный проект, а тебе о нем знать не нужно, и точка.

Секретность в Apple бывает внешней и внутренней. В первом случае она оправданна: фирма не желает, чтобы конкурентам, и вообще всему миру, было известно о ее разработках и методах. Сотрудники понимают стремление компании спрятать новинку за завесой тайны – так поступают многие. Гораздо сложнее уяснить смысл вводимого порой режима внутренней секретности, когда возводят стены и создают зоны, куда вход разрешен лишь избранным. Однако, в который раз опровергая постулат менеджмента о прозрачности как высшем благе для компании, Apple умудряется за счет секретности повысить производительность.

Тайны есть у всех фирм. Разница в том, что в Apple секретно всё. Руководство, судя по всему, поняло, что, насаждая принцип «болтун – находка для шпиона», несколько перегнуло палку, и даже шутит по этому поводу: в магазинчике в доме 1 по Инфинит-луп продаются футболки с надписью: «Я БЫЛ В ГОРОДКЕ APPLE. БОЛЬШЕГО СКАЗАТЬ НЕ МОГУ».

Обширность городка Apple и разбросанность его построек визуально противоречат политике секретности самой компании. С высоты кажется, что внутри Инфинит-луп, по форме напоминающей петлю, расположился футбольный стадион. Нужна недюжинная смекалка, чтобы разглядеть в этом комплексе штаб-квартиру Apple. Вдоль северной части городка проходит оживленная магистраль – трасса 280, но водитель на скорости 100 километров в час даже не заметит святая святых компании. Однако так было не всегда: в конце 1990-х Apple, дабы привлечь к себе внимание в рамках рекламной акции под девизом «Думай иначе» (Think Different), вывесила на наружной стене дома 3 по Инфинит-луп огромные фотографии Альберта Эйнштейна и летчицы Амелии Эрхарт. Чтобы очутиться в бурлящем сердце городка, посетителям нужно проехать по петле, огибающей все шесть основных корпусов. Здания, соединенные стенами, заборами и переходами, образуют замкнутое целое; напротив каждого есть парковка. Пройдя через любое из них, попадаешь на залитый солнцем и покрытый зеленью просторный внутренний двор с газонами, волейбольными площадками и кафе на открытом воздухе. В центре – очень популярное у эппловцев Caffe Macs, где можно заказать свежие суши, салаты и десерты. Платят сотрудники из своего кармана (в отличие от работников Google); еда вкусная, и цены приемлемые: филе палтуса с гарниром из заправленного соусом шпината и батата обойдется в 7 долларов. В других зданиях обширного городка тоже есть кафе, и там предлагают качественную еду и ресторанный уровень обслуживания.

Словом, городок Apple похож на студенческий, вот только на занятия так просто не попасть. Если в комплекс зданий Google, за которым закрепилось насмешливое прозвище «Гуглплекс», может зайти любой человек с улицы и снующие туда-сюда служащие даже не обратят на него внимания, то офис Apple неприступен. Время от времени сотрудники компании, конечно, выходят поиграть в волейбол, но чаще всего гостю открывается иная картина: служащие спешат из здания в здание, направляясь то на одно, то на другое совещание, которые проводятся точно по графику.

Внутри зданий стены выкрашены в обычный для офиса неброский цвет. Кабинет гендиректора и зал заседаний Совета директоров – на четвертом этаже дома 1. Вокруг Инфинит-луп вперемежку расположены строения, принадлежащие компании и арендуемые ею. У последних обычные городские адреса, вроде Мариани, дом 1, или ДеАнца, дом 12.

Новый сотрудник сталкивается со скрытностью Apple еще до того, как его проводят на рабочее место. Собеседование проходит в несколько этапов, однако после строжайшего отбора оказывается, что человека наняли пока на несуществующую позицию: обязанности ему объяснят только при зачислении в штат. К новичкам относятся вроде бы хорошо, но с идеологией, целями и задачами Apple их знакомят не сразу. «Мне не могли объяснить, над чем мы работаем, – вспоминает бывший сотрудник, пришедший в Apple сразу после университета. – Я знал только, что это как-то связано с iPod». В первый же день человек с ужасом понимает, что вокруг все в курсе дел, а вот ему никто ничего не скажет, потому что не положено.

«Вы приходите на совещание, где собрались люди, занятые в проекте, – вспоминает Боб Борчерс (Bob Borchers), который на заре создания iPhone работал в отделе маркетинга. – Половина собравшихся не имеет права рассказывать о своей работе: она изначально секретная».

Новички сразу осознают, что Apple не похожа на компании, в которых им доводилось трудиться раньше. К ней очень многие питают уважение, но, если ты сотрудник, этого мало: ты должен стать адептом культа Apple, и лишь тогда тебе доверят важные сведения. Строго по понедельникам, за исключением праздничных дней, все только что принятые на работу обязаны посещать вводные лекции. Занятия идут полдня и в целом мало отличаются от аналогичного курса в других компаниях: новый сотрудник получает наклейку с надписью о принятии в корпорацию, анкету и другие документы для заполнения, а также футболку с указанием текущего года – года приема на работу. Немногочисленным служащим, попавшим в Apple в результате поглощения их фирм, довольно быстро дают понять, что теперь они являются частью нового коллектива. Ларс Олбрайт стал директором по делам партнерств и объединений в проекте iAd (мобильная реклама), после того как Apple выкупила его молодую компанию Quattro Wireless. Он с восторгом рассказывал, как по завершении сделки их тут же пересадили за новенькие, ослепительно-белые компьютеры iMac: «Было чувство, что происходит какое-то грандиозное действо, и ты в нем участвуешь». Есть и еще один знак особого внимания к новичкам: по словам бывшего сотрудника, «в Apple нас только один раз покормили бесплатно – в первый рабочий день!».

Другой важный момент, с которым сталкивается новичок в первый же день, – его компьютер не подключен к Сети. Предполагается, что пришедшему в компанию работнику хватит технических знаний и смекалки, чтобы самостоятельно справиться с этой задачей. «От людей ждут, что к серверу они смогут подключиться сами, – поясняет сотрудник Apple. – Новички потом делятся впечатлениями: “Эта дрянь оказалась совсем непростой, но я нашел, у кого спросить”. Вот! Браво. Так люди учатся не только подключаться к Сети, но и взаимодействовать друг с другом».

И все же для новых сотрудников у Apple припасена палочка-выручалочка. В компании есть лицо, неофициально именуемое iBuddy (от buddy – «приятель»). Это коллега из другой команды, который может ответить на возникающие в первые дни вопросы. По рассказам большинства работников, с «ай-приятелем» им довелось общаться раз или два, когда их служба только начиналась, – потом на такие встречи просто не было времени.

На сотрудников Apple весьма отрезвляюще действует такое мероприятие, как инструктаж по конфиденциальности; о ней обязан помнить каждый. Правило конфиденциальности можно сформулировать так: «Бойся и молчи». Отвечавший за маркетинг iPhone Борчерс, до прихода в Apple работавший в Nike и Nokia, хорошо помнит наставление: «Сотрудница, специалист по безопасности, говорила: “Итак, надеюсь, все понимают, что в нашей компании первостепенное значение придается секретности и конфиденциальности. Я объясню почему…” Если информация о продукте держится в тайне до самого его запуска, шумихи в СМИ будет гораздо больше, чем если бы о продукте знали заранее. Для Apple такой ажиотаж в прессе крайне ценен – инструктор, помнится, так и сказала: “Это миллионы долларов!”». Поэтому все знают, что за разглашение секретов, умышленное или непредумышленное, наказание одно – немедленное увольнение.

Итак, на информацию о продукте до его выпуска Apple всегда накладывает строгое табу. Один из самых влиятельных людей в компании Фил Шиллер (Phil Schiller), старший вице-президент по вопросам товарного маркетинга, не раз сравнивал фирменные новинки с многобюджетными голливудскими фильмами. Пик интереса к кинокартине приходится на день премьеры. Так же и с продуктом Apple: важно, чтобы он имел колоссальный успех в момент выхода, если же подробности станут известны раньше времени, он уже не будет столь желанным. И действительно, в день появления новинки к дверям фирменных магазинов выстраивается очередь из эппломанов – прямо как на премьерный показ очередной серии «Властелина колец» или «Звездных войн».

По утверждению Шиллера, успех первого дня должен быть ровно таким, не меньше. «Помню, как он кривой на доске изобразил всплеск продаж и обвел несколько раз, чтоб было жирнее», – рассказывает бывший сотрудник подразделения Шиллера. Аналогия с кино, конечно, неполная: продюсеры, дабы разжечь интерес зрителей, сначала запускают рекламные ролики в кинотеатрах. Для Apple ту же функцию выполняют… многочисленные слухи о готовящемся к выпуску продукте – собственно, те же кинотрейлеры. Однако компании они обходятся совершенно бесплатно.

Есть и другая причина, по которой Apple предпочитает держать собственные разработки в тайне: ажиотаж вокруг еще не вышедшей новинки грозит навредить популярности существующих эппловских продуктов. Человек попросту не будет покупать имеющееся в продаже устройство, зная, что вот-вот выйдет версия мощнее и лучше. Получается, что преждевременная информация работает на снижение спроса, обесценивая товары, которые уже находятся на складах и в магазинах. На продажи влияют и ложные слухи, не соответствующие истинному положению дел. Так, летом 2011-го объемы реализации iPhone 4 упали, поскольку пошли разговоры о якобы скором выпуске новой модели. Таким образом, анонсируя продукт до его выхода, фирма дает фору конкурентам, рискует не оправдать ожидания клиентов и становится мишенью для критиков – ведь найти изъян в замысле всегда проще, чем в готовом устройстве.

Некоторые компании не считают политику секретности чем-то важным. Они действуют открыто на свой страх и риск – и порой проигрывают, подобно Hewlett-Packard. В начале 2011 года она обмолвилась, что готова уже в текущем году представить некие разработки в сфере облачных технологий, при этом концепция не была еще окончательно определена. А за этим последовал и вовсе необъяснимый шаг: Hewlett-Packard так же преждевременно объявила, что намерена продать подразделение по производству персональных компьютеров! В результате подразделению, продажи продукции которого составляли треть общего объема реализации компании, был нанесен неизмеримый урон. Вскоре после того злосчастного заявления Совет директоров Hewlett-Packard уволил генерального директора Лео Апотекера (L?o Apotheker).

Эппловская политика конфиденциальности уникальна: очень немногие компании умеют по-настоящему охранять свои промышленные секреты. Мэтт Дранс (Matt Drance) проработал в корпорации восемь лет, сперва был инженером, затем стал «апостолом» – инструктором по технологиям для партнеров Apple, создающих свои продукты на ее платформе. Дранса поражало, как относились к вопросу конфиденциальности в других компаниях. Когда корейский производитель телефонов LG сначала анонсировал новый смартфон, а потом, к великому стыду, не уложился в срок, он написал в своем сетевом дневнике Apple Outsider:

«Продукт, который вы выставили на всеобщее обозрение скорее всего выйдет с опозданием, в нем не будет и половины заявленных функций. Времени мало. Возникают непредвиденные трудности. Команда не справляется с количеством мелких сбоев. Партнеры вносят коррективы в ваши планы. Надо что-то предпринимать: либо от чего-то отказываться, либо дольше ждать. Но после того, как вы расхвалили несуществующий продукт, ждать придется всем. Дело в том, что, как только вы что-то пообещали, вы уже по рукам и ногам связаны сроками. И если продукт выйдет позже обещанного времени, клиенты будут разочарованы. А если держать язык за зубами и продукт сам скажет за себя (ведь когда-нибудь он появится), шансов приятно удивить покупателей гораздо больше. Одни компании это понимают. Другие, как видно, нет».

Коллектив Apple вынужден держать язык за зубами. Инженеры, работающие в других компаниях Кремниевой долины, не прочь при встрече рассказать байку-другую. Эппловские сотрудники слывут молчунами. «Моим друзьям даже сделали выговор за то, что они слишком много болтали, – поделился с нами инженер корпорации. – Так что о работе лучше вообще не говорить ни слова».

Особая субкультура выделяет Apple среди остальных компаний технологической отрасли. «Люди живут с ощущением страха; его испытывают даже партнеры компании. Масштаб страха, царящего здесь, просто невероятен, такого нет нигде», – рассказывает Джина Бьянкини (Gina Bianchini). Она руководитель интернет-проекта Mightybell.com, независимый предприниматель, работающий в Кремниевой долине не первый год и об Apple знающий не понаслышке. На главной странице сайта Mightybell.com есть забавная фраза «Сделано в Калифорнии своими руками» – своеобразный намек на гиганта из Купертино, чьи продукты, как известно, украшает надпись «Разработано компанией Apple в Калифорнии». В 2011 году Джина Бьянкини пояснила, почему корпорация слывет чужаком. Свой вывод она сделала на ежегодной конференции фонда «Технологии, развлечения, дизайн» (TED) в калифорнийском городе Лонг-Бич, куда непременно съезжаются лидеры самых преуспевающих компаний и ведущие инвесторы. «Сотрудники Apple, в отличие от их коллег по Кремниевой долине, избегают профессиональных сообществ. Ни у кого нет знакомств в других компаниях. Взять тех, кто ведет интернет-проекты, – там все друг друга знают. Apple же живет в каком-то своем мире: сотрудники так боятся сказать лишнее на людях, что вынуждены беседовать только между собой».

Еще один инженер из Кремниевой долины рассказал, что время от времени играет с группой эппловцев в покер. Когда в разгар игры те подтягиваются к столу, собравшиеся понимают: говорить о работе уже не придется. У всех сотрудников Apple глубоко в мозгу сидит мысль: если сболтнешь чего – прощай карьера. Так, команде, готовящей к выпуску новый продукт, обычно раздают напечатанную на бумаге с водяными знаками инструкцию под названием «Правила движения» (Rules of the Road), где подробно расписаны ключевые этапы подготовки. В этом буклете приведено одно недвусмысленное юридическое положение: если данный экземпляр попадет в чужие руки, виновнику грозит увольнение.

За порядком Apple следит очень тщательно. «Разработки всегда держатся в строгом секрете, – рассказывает бывший высокопоставленный сотрудник компании. – В ходе одного проекта команду буквально заперли на этаже, установили дополнительные двери и особые замки. Каждый подписывал отдельный договор, в котором говорилось, что он занят в сверхсекретном проекте и не должен рассказывать о нем никому, включая жену и детей».

Для некоторых такие требования непосильная ноша, тем более когда по вопросам неразглашения информации тебя инструктирует сам генеральный – а у него была такая привычка. Бывший сотрудник вспоминает, что Джобс всегда предупреждал: «“Если кому-нибудь станет известна хоть малость из того, о чем говорилось на этой встрече, результатом будет не просто увольнение: наши юристы постараются, чтобы виновные были наказаны по всей строгости”. После таких слов становилось не по себе, приходилось постоянно следить за собой. Начинали сниться кошмары».

В здание Apple посетителей пускают, однако свободу передвижения ограничивают. Некоторые рассказывали о шоке, который испытали из-за того, что даже в буфете сопровождающий не отходил от них ни на шаг. Летом 2011 года одного сотрудника Apple приехал навестить коллега. Гостя попросили ничего не сообщать об этом визите в «Твиттер», а равно не заходить на сайт «Форсквер» (Foursquare), где определяется местоположение пользователя. Ведь если кто-то напишет, что был в штаб-квартире Apple по делу, суть которого не разглашается, – это потенциальная утечка информации о планах компании. (Кстати, в айфонах в конце 2011-го появилась функция «Найти друзей», названная разработчиками «кратковременное определение местоположения». Не значит ли это, что Apple подвергнет человека остракизму и за пользование ей же предоставленной услугой?)

Конечно, главным образом в Apple рассчитывают на самоконтроль каждого работника. Этого в принципе достаточно. Правда, иногда компания следит за своими сотрудниками и вне офиса. Через дорогу расположен ресторан и пивной бар «Би-Джей» (BJ). Хотя здание имеет свой муниципальный адрес, эппловцы в шутку называют его «седьмым корпусом» из-за близкого расположения к городку. Говорят, что там постоянно присутствуют соглядатаи из Apple, подслушивают разговоры и вроде кто-то был даже уволен за лишнюю болтовню. И дело вовсе не в том, правда это или нет. То, что служащие говорят об этом, уже идет на пользу.

Стив Джобс однажды сказал, что идею держать внутреннюю деятельность компании в секрете он перенял у Уолта Диснея. Тот, кого считали волшебником, прекрасно знал, что, если к нему заглянут за кулисы, магия потеряет силу. Режим секретности в компании Disney был строжайшим. В 1960-е годы, в преддверии открытия во Флориде центра отдыха Disney World, лидер компании назначил комитет по работе над «Проектом икс». Как пишет Нил Гэблер (Neal Gabler) в подробной биографии мультипликатора «Уолт Дисней: триумф американской фантазии» (Walt Disney: The Triumph of the American Imagination), все внутренние памятки, касающиеся планов строительства парка, были пронумерованы и тщательно отслеживались. Но делалось это, чтобы предотвратить попадание информации в чужие руки. Пропущенная через призму Apple та же цель предстает в искаженном виде: здесь «чужие» – это в том числе коллеги. По выражению бывшего сотрудника, в компании принцип «знаешь только то, что тебе положено знать» доведен до крайности. Работа разных команд специально организована так, чтобы их члены между собой не общались, иногда из-за того, что являются конкурентами и не знают об этом, но чаще, чтобы просто никто не лез не в свое дело. В этом есть один очевидный плюс: если человек не сует нос в чужую работу, он больше фокусируется на своей. Служащих ниже определенного уровня в структуре Apple невозможно вовлечь в закулисные игры и интриги потому, что сколько-нибудь ценные сведения им недоступны. Такой сотрудник, как зашоренная лошадь, идет своей дорогой, не обращая на окружающих ни малейшего внимания.

Конфиденциальность в Apple обеспечивается благодаря многоуровневому режиму допуска. Это создает нервозную обстановку. Перед началом любого обсуждения нужно убедиться, что у всех присутствующих на совещании есть допуск к соответствующей теме. Нет допуска – нет и обсуждения. Вот и выходит, что отдельные сотрудники и проекты – элементы большого пазла, который в законченном виде существует лишь в головах высшего руководства. Напрашивается и другая аналогия: разрозненные отряды сопротивления в тылу врага подчиняются единому центру, при этом сами партизаны должны знать друг о друге как можно меньше, чтобы не выдать. Джон Рубинстайн (Jon Rubinstein), некогда руководитель отдела аппаратного обеспечения Apple, выразился совсем нелестно, зато доходчиво: «У нас как в террористической группировке – ячейки, – заявил он в 2000 году в интервью Businessweek. – Каждый знает только то, что ему положено знать».

Как и в любом секретном обществе, здесь не станут считать человека благонадежным по определению. Доверие надо заслужить – вновь пришедших введут в курс дела только тогда, когда непосредственный руководитель сочтет это возможным. Сотрудники рассказывают, что их близко не подпускают к реальным продуктам и поручают лишь разработку «базовой технологии», а на период испытательного срока, который длится месяцы, их отсаживают подальше от остальной команды. Здесь нет даже обычной для большинства компаний практики знакомить коллектив с организационной структурой. Считается, что сотрудникам такая информация не нужна, а посторонним ее знать не желательно. Говорят, что, когда в мае 2011-го журнал Fortune составил и опубликовал структурную схему Apple, работники читали этот номер с опаской, боясь быть застуканными. Отсутствие официальной организационной схемы коллективу восполняет внутренний каталог Apple – электронный справочник, в котором указаны имя работника, его подразделение, имя руководителя, номер кабинета, электронная почта, телефон, иногда даже дается фотография.

Конечно, своих начальников эппловцы знают безо всяких схем. Во главе стоит высшее исполнительное руководство – группа советников генерального директора; им помогают чуть меньше сотни вице-президентов. При этом высокая должность вовсе не означает, что ты в привилегированном положении: все сотрудники в курсе негласно существующей в Apple кастовой системы. Так, особой неприкосновенностью, по крайней мере до смерти Джобса, всегда пользовались промышленные дизайнеры – крошечная группа, которая помогала Стиву многие годы (кое-кто даже застал первый этап его деятельности в компании). У них особое звание – почетный инженер, ученый, технолог (англ. название DEST: distinguished engineer/scientist, technologist). Эти авторы идей и проектов имеют большое влияние, но управленческих обязанностей у них нет. Кроме того, положение в компании зависит от значимости проекта, над которым трудится специалист. Так, с ростом популярности iPhone и iPad исключительные привилегии получили программисты, разрабатывавшие обеспечение для мобильной операционной системы, известной как iOS. Ниже на иерархической лестнице оказались разработчики аппаратной части продуктов и, с некоторой натяжкой, маркетологи, еще ниже – сотрудники отделов интернет-услуг iTunes, iCloud и других. Те же, кто был связан в основном с Macintosh, вдруг стали людьми второго сорта, хотя прежде смотрели на коллег свысока. Если оценивать значимость сотрудников, выяснится, что нестатусными, например, считаются должности в отделе кадров, отделе продаж и отделе технической поддержки клиентов.

Коллектив Apple разбит на небольшие функциональные подразделения, а те, что удивительнее всего, – на более мелкие изолированные группы. По словам бывшего работника, «в компании нет открытых дверей». Электронный пропуск срабатывает на входе только в определенные помещения. При этом бывает, что у подчиненного есть доступ туда, куда нет у его начальника. В некоторые места проход ограничен еще жестче, причем с секретными проектами это не связано. Такова, например, знаменитая эппловская лаборатория промышленного дизайна – кроме коллектива разработчиков туда мало кто попадает.

Невролог Дэвид Иглмен (David Eagleman) в своей популярной книге «Инкогнито» (Incognito) описывает разрушительное воздействие, которое оказывает на психику человека такая атмосфера. «Хранение секретов, – пишет он, – вредит нашему мозгу. У людей есть природная предрасположенность к тому, чтобы делиться тайнами». Во избежание этого руководству Apple приходится держать работников в неведении. Возникает вопрос, насколько комфортно работать в такой обстановке.

По большому счету в эппловском коллективе царит атмосфера взаимодействия и сотрудничества, в нем нет интриг. Бывшие сотрудники считают, что это обеспечивает командно-административная система. По словам Роба Шобена (Rob Schoeben), некогда вице-президента компании по маркетингу программных продуктов, «каждый знает, что секрет фокуса в безупречной интеграции всех составляющих. Команды постоянно сотрудничают. Иначе Стив сдерет с них три шкуры». (Джобс тогда еще был жив.) Microsoft при правлении Билла Гейтса имела репутацию весьма склочной компании, видимо во многом из-за позиции самого лидера. Он буквально лелеял принцип «выживает сильнейший» и радовался тому, что получалось в результате естественного отбора.

Хотя партнерство в традициях Apple, работать в коллективе не всегда приятно, а уж расслабиться и вовсе не удастся. «В городке не увидишь слоняющихся без дела, – делится своими наблюдениями сотрудник, вхожий к высшему руководству. – В компании существует соперничество, которое подчас переходит в личностный конфликт и принимает неприглядные формы. Размазать кого-то по стенке ради успеха продукта – в порядке вещей». Особую роль играют высокие стандарты Apple. «Все озабочены стремлением к совершенству, а быть безупречным нелегко», – говорит бывший топ-менеджер. Другой экс-служащий приводит одну из очень распространенных историй о том, как срочное «поручение Стива» съело у работника свободное время. «Я был в отпуске, но должна была состояться презентация моего продукта, поэтому пришлось срочно брать билет на самолет и все выходные репетировать».

А вот что рассказывает о духе соперничества, характерном для внутренней жизни Apple, Стив Дойл (Steve Doil), некогда сотрудник отдела снабжения: «Каждый день идет бой за звание лучшего. Расслабился, пусть даже ненадолго, – подвел всю команду». Ему вторит и другой бывший работник: «В компании господствует перфекционизм. Ты чувствуешь, что просто обязан всегда быть на высоте и не можешь оказаться слабым звеном. Ты должен сделать все возможное и даже больше, чтобы не подвести компанию. Человек целиком отдает себя работе».

Нравы и обычаи Apple – полная противоположность гугловским. Развешанные там объявления свидетельствуют, что в компании разработана целая программа неформальных мероприятий для служащих: от совместных поездок на горнолыжный курорт до церемоний вручения престижных премий в области публицистики.

Конечно, мероприятия проводит и Apple. Так, отдел iTunes иногда приглашает выступить музыкальный коллектив; в городке есть спортзал (кстати, платный), но в первую очередь сотрудники приходят, чтобы работать. «Рассказов о том, как кто-то в выходные отдыхал в доме у озера, на совещании вы не услышите, – вспоминает высокопоставленный инженер. – На них говорят только о деле». Apple не похожа ни на кого. По словам одного из инженеров компании, «у сотрудников других фирм нет даже доли рвения эппловцев, которые, приходя вечером домой, продолжает думать о работе. Она возведена в культ».

Самозабвенное отношение эппловцев к делу – традиция, которой уже не один десяток лет. В 1986 году в журнале Esquire Джо Носера (Joe Nocera) так описывал мнение Джобса относительно условий труда:

«Он много говорил о том, как сделать работу в Apple “безумно классной”. При этом о каких-то фантастических льготах и бонусах речь не шла. С его точки зрения, нужно создать такие условия, чтобы служащий мог работать дольше и усерднее, чем где бы то ни было прежде; чтобы ему устанавливались самые жесткие сроки; чтобы на него давил груз ответственности, который он прежде счел бы непосильным; чтобы он не уходил в отпуск и почти не имел возможности отлучиться из города на выходные… и при этом считал бы, что так и нужно – даже радовался! В какой-то момент ты понимаешь, что не можешь жить без этой работы, ответственности, ограничений. Все присутствовавшие на том собрании прошли школу Стива Джобса – потому и относились к своей работе с душевным восторгом и даже теплотой. Людей связывало общее прошлое. Посторонним понять это было не дано».

Никто не называет труд в Apple «приятным». Сотрудники в один голос говорят: «Люди всецело отдаются тому, какие превосходные продукты создают. Поощрять кого-то, радоваться успехам не принято – работа, и только она». «Если ты фанат компании, тебе это, безусловно, понравится. Но у нас нелегко, – вторит другой эппловец. – Надо заниматься созданием продуктов от разработки до вывода на рынок, поэтому часто приходится засиживаться допоздна». Третий работник тоже уклоняется от прямого ответа: «У людей восторженное отношение к Apple, поэтому они всецело привержены ее целям».

В Apple идут не ради приятного времяпрепровождения. И не ради денег – хотя, конечно, заработать миллионы на акциях корпорации посчастливилось многим (особенно тем, кто пришел в компанию в течение первых пяти лет после возвращения Джобса). «В Кремниевой долине много мест, где можно заработать большие деньги, – считает Фредерик Джонсон, бывший сотрудник отдела маркетинга. – Поэтому деньги здесь не критерий».

Считается, что в Apple, по меркам отрасли, платят вполне достойно, но не более того. Менеджер высшего звена получает около 200 тысяч долларов в год и еще до 100 тысяч премиальными в особо удачные периоды. Разговоры о зарплате в Apple также не приветствуются. Фирменная идеология, по мнению Фредерика Джонсона, сводится к следующему: «Работать в компании, которая выпускает такие потрясающие устройства, – уже классно! Ты сидишь в баре и видишь, что почти у всех продукты вашего производства… И это потрясающее чувство не купишь ни за какие деньги».

Стива Джобса, как известно, не слишком интересовали деньги. На то, должна ли работа быть приятной, у него имелся свой особый взгляд. «Для всех, кого я знаю, – как-то сказал он, – работа в Apple была незабываемой. Речь не об удовольствии – людям у нас нравится, а это нечто совсем иное. Удовольствие ведь не бывает долгим».

Оглавление книги


Генерация: 0.188. Запросов К БД/Cache: 1 / 0
поделиться
Вверх Вниз