Книга: Внутри Apple. Как работает одна из самых успешных и закрытых компаний мира

10. И еще кое-что

закрыть рекламу

10. И еще кое-что

Церемония «Поговорим об iPhone» (Let's Talk iPhone) была намечена на вторник 4 октября 2011 года и началась, как это принято в Apple, ровно в 10 утра. Собралось 250 гостей – конференц-зал «Таун Холл» еле вместил всех. Публика заметно нервничала. Поводов для волнений было два. Во-первых, проводилась первая презентация нового продукта с тех пор, как Тим Кук официально вступил в должность генерального директора. Во-вторых, и это было самое главное, эппломаны ждали демонстрации принципиально нового айфона – iPhone 5: поговаривали, будто бы премьера устройства первоначально намечалась на июнь, однако в июне никакого пятого айфона не было и в помине – значит, сегодня.

Ажиотаж вокруг iPhone 5 в какой-то степени подогревался слухами о его новом форм-факторе (компьютерщики нередко именуют так внешний облик устройства в отличие от состава начинки). Модель якобы приятная и на вид, и на ощупь – в общем, должна понравиться самым взыскательным ценителям прекрасного. Для любителей технических новинок такие мероприятия все равно что для редактора модного журнала или директора магазина одежды показ последней парижской коллекции, с одной только разницей: Apple не испытывает терпение покупателей – ее продукты практически сразу после анонсирования поступают в продажу. Кроме того, поклонников «яблочной» компании не покидало ощущение, что они присутствуют при историческом событии: сейчас им покажут последнее творение угасающего Джобса.

В Apple умеют хранить тайны. В день презентации одна так и осталась нераскрытой: в это самое время Джобс у себя дома в Пало-Альто был уже при смерти. Руководители компании заранее уведомили полицию городка, что основателю Apple жить осталось совсем немного: они знали, что, как только станет известно о кончине Джобса, к его дому потянутся толпы фанатов, и рассчитывали, что власти успеют принять меры. Джобс скончался на следующие сутки, в три часа дня, после восьми лет борьбы с болезнью. Но эта трагическая развязка пока не наступила, и представление, как говорится, продолжалось. Над Купертино, как обычно, сияло пронзительно голубое небо, а в «Таун Холле» царили оживление и гомон. Гости собрались, сценарий был написан, «яблочные» устройства готовы к демонстрации. Журналистов и гостей угощали пирожными, кофе, соками. Представители прессы ощущали себя непременной частью церемонии: многие уже не раз бывали на презентациях Apple. Снаружи стояли автофургоны передвижных станций спутниковой связи местных и федеральных информационных каналов; рядом были устроены импровизированные съемочные площадки со звуковым и световым оборудованием, уже полностью настроенным для телетрансляций.

Ровно в 9.45 двери конференц-зала распахнулись. Первыми впустили фотографов и операторов, потом вошли и начали рассаживаться остальные. Корреспонденты газет, радиостанций и телеканалов смешались с партнерами Apple, среди которых были генеральный директор Twitter Дик Костоло (Dick Costolo) и руководитель отдела мобильной связи AT&T Ральф де ла Вега (Ralph de la Vega). Уолт Моссберг из Wall Street Journal облюбовал место в центре зала, в нескольких рядах от сцены. Маститого критика, как и всех журналистов, пригласили в расчете на восторженные отзывы.

Внешне мероприятие, пока не смолкла музыка, ничем не отличалось от десятков других, проводимых Apple многие годы. Зрители устраивались поудобнее, доставали ноутбуки, оглядывались в поиске знакомых лиц и приветственно махали друг другу. Из динамиков гремели хиты 60–70-х. Все они могли быть из списка любимых песен Джобса: «В моей власти» (Under My Thumb) Rolling Stones, «Очень много любви» (Whole Lotta Love) Led Zeppelin, «Не могу объяснить» (Can't Explain) в исполнении The Who – пожалуй, эта песня вполне могла бы быть гимном пиар-отдела Apple – и, наконец, еще одна роллинг-стоунзовская – «Джек-попрыгунчик» (Jumpin' Jack Flash). В 9.55 прибыла Кейти Коттон, начальник пиар-отдела, главный распорядитель на эппловских церемониях, и села с краю во втором ряду. Девять из десяти мест в центре первого ряда возле сцены заняли высшие руководители Apple: глава отдела ПО Скотт Форстолл, интернет-услуг – Эдди Кью, товарного маркетинга – Фил Шиллер… Из мозгового треста Джобса отсутствовал лишь Джонатан Айв. И когда из-за кулисы слева появился Тим Кук (это его кресло в зале пустовало), все поняли: мероприятие будет не совсем обычным.

Кук и прежде заменял Джобса на презентациях: они постоянно проводились даже во время больничных Стива. Но сейчас все было иначе. Кук официально объявил о переменах в руководстве компании. В его голосе звучала искренняя боль. «Я впервые провожу презентацию, с тех пор как был назначен генеральным директором… Вы об этом конечно же не знали. – По залу прокатился негромкий смех. – Считаю это избрание высшей наградой в моей жизни». Кук напомнил публике о всех значимых событиях в истории Apple, проходивших в стенах «Таун Холла», в том числе о премьерном показе iPod в 2001 году и MacBook Air – в 2010-м. «Для многих из нас этот зал успел стать вторым домом. – Снова тихий смех в зале. Кук продолжал: – И сегодняшний день должен напомнить вам об уникальности нашей компании. Сейчас потрясающее время для Apple».

Никто из присутствующих и не думал принимать Кука за второго Джобса. Слишком уж они разные. Однако в тот день Кук раскрылся как по-своему неординарная личность, в которой взыскательность к себе сочеталась с мессианской убежденностью. Он заверил всех, что «компания находится на подъеме» и «есть вещи, на которые способна только Apple», а затем отметил ее последние достижения: рассказал об открытии в Шанхае нового магазина, который в первые же выходные посетили около ста тысяч человек. Потом показал видеофильм об этом грандиозном событии: камера запечатлела улыбающиеся лица зарождающейся могучей армии китайских поклонников Apple. «Мне кажется, я посмотрел эту запись раз сто и готов посмотреть еще столько же», – заявил Кук с оттенком джобсианского тщеславия, подспудно внушая собравшимся, что сейчас им посчастливилось стать свидетелями фантастического зрелища. Этой фразой он еще и невольно выдал секретные методы Apple: каждая ее презентация – тщательно подготовленное действо. Кук очень точный человек – так что он наверняка без преувеличения «раз сто» и посмотрел фильм во время бесконечных репетиций.

Кук без запинки рассказал об итогах деятельности компании, строго следуя сценарию и выделяя основные пункты. «Все наши усилия ради продуктов, – начал он презентацию MacBook Air. – Тонкий, легкий, красивый и ужасно быстрый…» Фактически Кук повторил тот же набор характеристик, которые перечислял в своем якобы спонтанном обзоре на показе макбука год назад. Потом выступили другие руководители: Эдди Кью, Скотт Форстолл, Фил Шиллер. Они рассказали о разных линейках продуктов, в том числе о нескольких апгрейдах существующих моделей. Наконец Шиллер огласил главную новость. Стоило ему только произнести «iPhone 4S», как в зале воцарилось неловкое молчание – будто все разом сникли. В новом телефоне был более мощный процессор, камера с разрешением 8 мегапикселей (лучше, чем у большинства «мыльниц» за 200 долларов) и другие усовершенствования. Но в остальном он остался прежним – пятого айфона публика так и не увидела. И тот факт, что новые телефоны Apple создавала не чаще чем раз в два года, а с момента выпуска четвертого айфона прошел только год, не имел никакого значения: люди были разочарованы. Apple не оправдала их ожиданий. (Акции компании тогда упали в цене, однако уже через девять дней достигли новых рекордных отметок.)

Была и еще одна новинка, но ни Шиллер, ни другие руководители не осмелились представить ее в духе Джобса как припасенное напоследок «и еще кое-что». Этой новинкой был личный помощник Siri, голосовой модуль iPhone 4S. С возможностями этой системы распознавания речи публику, как и Джобса несколькими неделями раньше, познакомил Форстолл. Он подчеркнул, что это бета-продукт, то есть тестовая версия, которая требует доработки, но и в таком виде уже вполне пригодна для широких продаж. Так Apple незаметно отошла от двух своих принципов: выпустила на рынок незавершенный продукт (любимый ход Google: изучить отзывы пользователей и учесть их пожелания) и сохранила оригинальное название чужого бренда, который выкупила раньше. В былые времена Apple переименовывала продукты и технологии приобретенных компаний: так, проект мобильной рекламы Quattro превратился в iAd; интернет-магазин Lala Music вошел в эппловский пакет iCloud; виртуальный проигрыватель SoundJam был много лет назад преобразован в iTunes. Выжила только торговая марка молодой компании Siri Inc., которую «яблочники» приобрели в 2009 году.

День, когда Apple достала бета-продукт из-под защитного колпака прежде срока, ознаменовал конец золотого века компании и начало новой эпохи. (Пробные версии выпускались и раньше, но это были редчайшие случаи.) Изменилось многое: место истинного шоумена на сцене занял менеджер-айбиэмовец, из названия последней новинки исчезла фирменная буква i (опознавательный знак принадлежности элитному семейству Apple), зато в центре внимания с позволения «яблочников» оказалась чужая торговая марка. Неужели название iAssistant уже кто-то занял? Чем оно не устраивало Apple? (Siri – уменьшительное от норвежского женского имени Сигрид, означающего «прекрасная победа»[41].)

Можно очень долго анализировать этот поворотный момент в истории Apple, но стоит ли? Все-таки проект Siri и команду инженеров-разработчиков курировал лично Стив Джобс. Более того, он и прежде занимался пусть и новыми, но отнюдь не революционными продуктами. Хотя Siri существенно расширяет возможности iPhone, это продолжение современной стратегии Apple, стремящейся втихомолку обзаводиться нужными специалистами и технологиями (в отличие от полностью готовых или высокодоходных устройств) под строго определенные цели и интегрировать их потенциал в свои продукты. И это только начало. В 2011 году Apple негласно приобрела ряд компаний; нам еще предстоит узнать о них. А в 2010-м она купила за 253 миллиона долларов канадскую картографическую фирму Poly9 – предположительно чтобы улучшить картографию и навигацию в своих мобильных устройствах и онлайн-сервисах[42].

Несомненно, с уходом Джобса в Apple образовалась зияющая пустота. Тим Кук в роли нового генерального директора произвел впечатление человека деловитого, но без причуд. Он серьезный, звучит убедительно, вот только говорит как-то заученно, словно по бумажке, да так оно и есть – нет в его словах той магической силы, какую излучал со своей недосягаемой высоты его предшественник. У Форстолла в отличие от Кука глаза горят, когда он выступает, и это не ускользнуло от фанатов Apple, слушавших его восторженный рассказ про Siri и искусственный интеллект. Однако он задавал «скромному личному помощнику» только легкие вопросы, точно зная, что Siri может на них ответить. Решился бы Джобс терзать это чудо техники провокационными вопросами, рискуя услышать поразительные, но совершенно несуразные ответы, просто чтобы показать ограниченные возможности Siri? Этого уже не узнать.

Внимание поклонников Apple было ожидаемым. Неожиданным стало другое: боль утраты в сердцах множества людей по всему миру, которые совсем не знали Джобса. Не актер. Не спортсмен. Не государственный деятель. На сайте Apple в день его смерти почти миллион человек оставили свои соболезнования. К его дому приходили матери с детьми в надежде, что когда-нибудь те с гордостью будут рассказывать своим внукам, как отдали дань памяти великому современнику. Джобса любили. Сильнее любили только его компанию – даже те, кто не слишком хорошо относится к компаниям в принципе. Последние месяцы жизни Джобса ознаменовались протестными акциями, которые поначалу были стихийными и разрозненными, но быстро вылились в массовые манифестации против Уолл-стрит в частности и капитализма вообще. Комментаторы правого толка не без ехидства отмечали, что митингующие снимают происходящее на айфоны, а свою агитацию в Интернете ведут через макбуки. Иначе говоря, капитализм в варианте Apple их устраивал, не то что банк Goldman Sachs.

Компанию стоимостью 360 миллиардов долларов сочли революционной – никто не говорил про истеблишмент или «дядю с набитым кошельком». В этом непосредственная заслуга Джобса, который сумел завоевать симпатии людей. Сохранить эту парадоксальную совместимость баснословной рыночной стоимости Apple с всеобщей любовью к ее продуктам – задача трудная. Тиму Куку придется очень постараться. Мало кто, кроме Apple, может похвастаться такой глубокой преданностью самых разных клиентов. Сейчас, когда компания простилась с Джобсом и, как ребенок, делает свои первые самостоятельные шаги без него, уместно вспомнить, что рать поклонников Apple не всегда была столь огромной. Например, мое отношение к «яблочным» продуктам долгое время оставалось скептическим, но в конце концов и я подсел на них. То, как это произошло, красноречиво говорит об удивительной способности Джобса покорять мир.

История возрождения Apple совпала с переменами в моей жизни: я тогда как раз обосновался в Кремниевой долине. Я перебрался в Калифорнию в 1997 году и начал вести в местной городской газете San Jose Mercury News свою колонку о технологических компаниях и их акциях. Это были удивительные времена для технарей, инвесторов и, безусловно, для меня, приехавшего из Чикаго, где сфера высоких технологий была представлена разве что громоздкой Motorola. Уже тогда при участии всей страны начал раздуваться финансовый пузырь.

Дисконтные брокерские интернет-конторы E*Trade, DLJ Direct и Charles Schwab поставили инвестиции в акции высокотехнологичных компаний на поток. Инвесторы, любители и профессионалы, скупали акции новорожденных компаний – Netscape, Amazon.com, Yahoo! Excite. Лидеры информационных технологий – Microsoft, Intel, Oracle и Cisco – должны были стать локомотивами отрасли. Набирали силу Sun Microsystems, Dell и Compaq. В новый тренд активно включилась даже солидная Hewlett-Packard, легендарная компания, с создания которой в гараже рядом с городком Стэнфордского университета, можно сказать, и начался феномен Кремниевой долины. Ветер Интернета наполнял паруса всех компаний.

Только не паруса Apple. Стив Джобс совсем недавно вернулся в Купертино, и я помню, как тем летом каждый его шаг ставил в тупик руководство моей газеты. Увольнению Гила Амелио издание посвятило первую полосу. То же самое повторилось с сообщениями об инвестициях Microsoft и назначении Джобса исполняющим обязанности генерального директора. Я всей этой суматохи не понимал. Ясно было одно: Apple – местная достопримечательность и ее возрождение воспринимается как чуть ли не эпохальное событие. Тема живо интересовала тысячи читателей в Сан-Хосе. Среди подписчиков было много поклонников изящных «яблочных» устройств. За Apple болели, как болеют за родную задиристую команду. Microsoft к тому времени уже стал заклятым врагом всей Кремниевой долины, еще за год до начала войны браузеров между ним и Netscape. Коллеги по редакции, как и все обитатели Долины, казалось, готовы были при первом же удобном случае освистать наглого злодея из Сиэтла и дружно поддерживали замухрышку Apple.

Наблюдая со стороны за ажиотажем вокруг «яблочной» компании, я тихо недоумевал, из-за чего весь этот сыр-бор. На «маке» я последний раз работал восемь лет назад, в колледже. Компьютер, который я купил за свои деньги, был клоном IBM (от Gateway) с операционной системой от Microsoft. Я так привык к Windows, что, когда четыре года спустя пришел работать в Fortune, попросил посадить меня за PC, хотя вся редакция работала на «маках».

Я был далеко не одинок в своем прохладном отношении к Apple: на PC работал весь мир. «Маки» – компьютеры для фанатов, художников и прочих творческих личностей, может быть, еще для преподавателей, учитывая, что со сферой образования у купертиновцев всегда были тесные связи. А вот бизнесмены и обычные потребители повсеместно пользовались PC, чтобы бродить по Интернету или следить за балансом чековых книжек.

Тем не менее со временем я, как и все, приобрел кое-что от Apple. Установил на своем PC программу iTunes и синхронизировал ее с iPod – пожалуй, после Walkman ни один аудиоплеер мне так не нравился. Потом приобрел iPod Touch и еще несколько айподов (Nano, Mini и даже один крошечный Shuffle, который крепится на воротник). Постепенно я превратился в одного из тех людей, которые заходят в магазин Apple без всякого повода – просто полюбоваться на элегантные устройства и поболтать с продавцами. В итоге я купил себе домой iMac и только потом обнаружил, что, сам того не ведая, попался на удочку мощной рекламной кампании «Maк против ПиСи», где крутая простота «мака» противопоставлялась дурацким заморочкам PC.

Несмотря на шумиху, развернувшуюся в Кремниевой долине вокруг Apple тем памятным летом 1997 года, сейчас кажется неправдоподобным, насколько маленькой и незначительной была тогда «яблочная» компания. Стив Джобс любил повторять, что к моменту его возвращения Apple отделяли от банкротства всего три месяца. А 9 августа 2011 года она впервые обогнала ExxonMobil, став самой крупной в мире компанией по величине рыночной капитализации, которая составила 342 миллиарда долларов. Что до Microsoft, то годом раньше некогда жалкая Apple обошла своего давнего соперника, и очень скоро их разрыв по рыночной стоимости превысил 100 миллиардов долларов. В 2011-м гейтсовский технологический гигант буксовал на месте и, хотя по-прежнему имел огромные доходы, всё заметнее обнаруживал свои просчеты.

Большинство компаний имеют свою изюминку, один продукт, который служит наживкой для привлечения покупателей. Мне лишь теперь стало понятно, насколько незаметно я, исправный пользователь PC, стал ренегатом. Мое обращение в новую веру – свидетельство эффективности одной из величайших предпринимательских моделей в современной истории бизнеса в США. Research In Motion производит смартфоны, Dell собирает компьютеры, маленькая, но гордая канадская компания Kobo выпускает электронные ридеры. В любой из этих категорий и нескольких других у Apple есть свои убойные продукты, с которыми невозможно конкурировать. Но, оглядываясь назад, понимаешь, что поймала она всех нас на iPod, и теперь мы часть «яблочной» Вселенной. Так что Apple уже не обязательно рьяно искать новых клиентов, а можно подумать, какие бы еще удивительные продукты предложить нам, своим постоянным покупателям.

Способна ли Apple продолжить свой полет на такой же головокружительной высоте уже без Стива Джобса? Первые признаки, по которым можно будет судить об этом, проявятся сначала в ее организационной структуре, а потом в отношении к партнерам и конкурентам. В ближайшее время Apple необходимо научиться жить без своего главного идейного вдохновителя. Затем придется свыкнуться с мыслью, что в ней больше нет главного предпринимателя. Потребуется изменить оригинальную эппловскую систему управления, чтобы впустить в свой закрытый мир предпринимателей извне и создать им благоприятные условия. Или нынешние руководители должны каким-то чудом перестроить собственное мышление на предпринимательский лад. Другими словами, принципиально важно, сумеет ли Apple из автократии превратиться в инкубатор.

Здравый смысл подсказывает, что компания еще долго не сможет справиться с потерей Джобса. Он считал себя предпринимателем. (В его свидетельстве о смерти это слово значится с графе «род занятий».) Основатель Apple обожал предпринимателей как людей особого склада. Будь Джобс жив, он бы отыскивал их, встречался с ними, давал советы даже тем, кого Apple, по его мнению, могла бы сокрушить. Для него они были «героями» в мире, полном «кретинов». Тем более поразительно, что ни один нынешний руководитель компании не является предпринимателем. Тим Кук – тот вообще, прости господи, айбиэмовец. Скотт Форстолл всю жизнь работал на Джобса. Джони Айв был блестящим помощником Стива и даже кое-чему научил его. Но Айв мог сделать только потрясающую коробку для торта – кондитером был Джобс.

Получается, в созданной Джобсом могучей предпринимательской компании сейчас, по сути, нет предпринимателей – впрочем, менеджеров Apple никогда и не поощряли становиться ими. Предприниматели, попавшие в компанию в результате поглощения, обычно не задерживались там больше двух лет. Энди Миллер из Quattro, Билл Нгуен (Bill Nguyen) из Lala Music, Даг Киттлаус (Dag Kittlaus) из Siri – все они ушли, несмотря на успешную, плодотворную работу в «яблочной» империи, а все потому, что предприниматель там мог быть только один. Сегодня вместо современного предпринимателя, воспитанного и выросшего в Кремниевой долине до уровня руководителя, в Купертино пригласили почетного профессора истории бизнеса из Гарварда читать сотрудникам лекции о героях-предпринимателях давно минувших дней. Несомненно, есть о чем беспокоиться.

Джобс обладал еще одним обойденным молчанием качеством, которого его компании будет очень недоставать: он умел собирать информацию и налаживать связи. Разорись вдруг Apple, из Джобса получился бы отличный журналист. Он не слезал с телефона, назначал встречи с полезными, как он слышал, людьми. Ему, конечно, никто никогда не отказывал, и он выуживал из собеседников все, что нужно. Стив прекрасно разбирался во всех современных тенденциях в бизнесе и новейших технологиях. И это вовсе не случайность: обширные знания конъюнктуры рынка он добывал усердным трудом.

Джобс следил за состоянием дел в отрасли до конца жизни. 28 июня 2011 года он передал через бывшего генерального директора Adobe Брюса Чизена (Bruce Chizen), что хочет поговорить с молодым руководителем стартапа Lytro, где Чизен был консультантом. Lytro первой вышла на потребительский рынок с пленоптической камерой, или камерой светового поля, оснащенной сложной оптической системой и сенсорами, которые позволяют программными средствами корректировать фокус уже отснятых изображений. Эта революционная, очень перспективная технология представляла огромный интерес для Apple, в чьи айфоны и айпэды встроены фотокамеры. Рен Ынг (Ren Ng), незаурядный ученый-компьютерщик, получивший в Стэнфордском университете докторскую степень, немедленно перезвонил Джобсу. Тот, едва сняв трубку, сказал: «Если вы днем свободны, мы могли бы встретиться». 32-летний Ынг сразу поспешил в Пало-Альто, продемонстрировал Джобсу опытный образец Lytro и его технические возможности. Они поговорили о камерах и обсудили дизайн нового устройства. Джобс попросил Ынга прислать ему электронное письмо с тремя пунктами, по которым Lytro хотела бы сотрудничать с Apple. «Меня больше всего поразило, как четко он говорил, – вспоминает Ынг. – Его глаза сияли, а очки, казалось, парили над носом. Я признался, что нас вдохновлял iPad. Представляете, он улыбнулся. Его это тронуло».

Другие руководители Apple не такие общительные: то ли чересчур заняты, то ли Джобс отбил у них всякую охоту этим заниматься – чтобы не слишком заносились или не отвлекались от работы. Вспоминается его не очень-то деликатная шутка, что он-де «не отпускает Форстолла дальше офиса». Смех смехом, но Джобс не сильно преувеличивал: свободным мог быть только он, все остальные должны были сидеть на месте как привязанные. Сквозь железный занавес просочиться новым веяниям непросто. В Apple свежие идеи приносил Джобс, исключительно он один.

Задач перед Apple много. Теперь это крупная компания со сложной структурой (как бы Джобс ни противился подобному определению). Ее маркетинговая политика остается по-прежнему предельно ясной, умной и эффективной. Но Apple, с какой стороны ни посмотри, – транснациональная корпорация, выпускающая множество продуктов. Времена, когда весь ассортимент можно было разложить на одном столе, давно прошли. Взять хотя бы меню на сайте Apple.com: «Магазин», «Mac», «iPod», «iPhone», «iPad», «iTunes», «Поддержка». Да, все внятно и строго, но даже этот краткий перечень свидетельствует, что сегодня Apple жонглирует куда большим количеством шаров, чем десять лет назад.

Расширение ассортимента товаров и услуг предполагает развитие системы управления, поэтому с уходом Джобса тут же обнаружились недостатки эппловской организационной структуры, которая при нем функционировала без сбоев. Так, продажи долгое время контролировал Тим Кук, и Apple уже начала искать кандидата на должность руководителя этого направления (осенью 2011 года компания обратилась к топ-менеджеру Google Деннису Вудсайду (Dennis Woodside), но тот отклонил приглашение). Вопросы рекламы курировал лично Джобс. Фил Шиллер добавил эту обязанность в свой актив, но это для него очень большая нагрузка, да и в отличие от товарного маркетинга реклама не его конек.

Отдельные знаковые преобразования в Apple уже происходят. Спустя несколько недель после назначения Кука из наименования должности Боба Мэнсфилда убрали слово Mac: подразумевается, что с этого времени он ведает проектированием аппаратного обеспечения всех устройств. Крейг Федериги (Craig Federighi), глава отдела ПО для «маков», теперь отчитывается непосредственно перед Куком, как раньше перед Джобсом. Но Скотт Форстолл по-прежнему в Apple «царь горы» по софту. Его обязанности следовало бы прописать четче, например подчинив ему все отделы компании, занятые разработкой ПО.

Совет директоров после смерти Джобса уже во второй раз остался без председателя. Спустя месяц этот пост занял Арт Левинсон, сам в прошлом генеральный директор. Тогда же в Совет вошел глава Disney Роберт Айгер (Robert Iger), что укрепило отношения между Disney и Apple.

Главные «яблочные» принципы будут подвергаться серьезным испытаниям. В октябре 2011 года показатели прибыли Apple оказались чуть ниже прогнозов Уолл-стрит. Падение продаж iPhone 4 компания списала на слухи об ожидавшемся выпуске нового смартфона. Чтобы Apple позволила пустой молве влиять на продажи, такое прежде просто невозможно было представить. Более того, из-за страха перед Джобсом все сотрудники (действующие и даже бывшие) лишний раз боялись открыть рот. Со временем языки в Apple развяжутся.

Интересно понаблюдать, как будет меняться пиар-стратегия Apple в постджобсовскую эпоху. У компании с лихвой хватит денег, чтобы продолжать оплачивать и размещать рекламу на задней стороне любого журнала по своему выбору. Но сейчас компания потеряла свой лучший ресурс, гарантировавший ей место на передней стороне обложки. В ближайшее время СМИ будут охотно писать об Apple, соглашаясь на все ее условия: с Джобсом или без него, компания привлекает внимание. Однако рано или поздно, очнувшись от гипнотического дурмана его необыкновенной личности, журналисты восстанут против укоренившегося в Apple правила резко ограничивать прессе доступ к информации.

Apple начнет терять и партнеров, которым постепенно откроется, какую жесткую тактику она применяет по отношению к фирмам вроде Cisco, телефонным компаниям и легиону других. Станет ли глава какой-нибудь организации лет через пять днями напролет репетировать трехминутную презентацию, когда теперь нет главного приза – аудиенции у Стива Джобса? Скорее всего, нет.

Как ни парадоксально, Apple придется решать сложную задачу, связанную с имиджем компании. Спустя всего 19 дней после смерти Джобса вышла его авторизованная биография, написанная Уолтером Айзексоном. На фоне всеобщей любви к скончавшемуся создателю компании «яблочное» семейство особенно возмутило, как откровенно и безжалостно изображены в книге неприглядные черты характера главного героя. Та же участь может постичь и саму Apple. Сейчас покупатели искренне обожают компанию за ее потрясающие продукты. Но если Apple заполонит собою все вокруг, то бесчисленные истории о ее грубом обращении с партнерами и собственными сотрудниками выйдут за пределы бизнес-среды и станут всеобщим достоянием.

Очевидно, решать эти сложные вопросы Apple будет, по обыкновению, вопреки классическим канонам и правилам менеджмента. И если мы хотим разобраться, какое будущее ждет компанию, то бизнес-мышление нам тут вряд ли пригодится. Наверное, полезнее обратиться к философии религии. В чем разница между истинной верой и идолопоклонством? В том, что только истинное вероучение может пережить своего основоположника. Стив Джобс очень хотел, чтобы фирменные ценности Apple пережили его. А возможно, как предполагают даже его друзья и почитатели, он, наоборот, получал дьявольское удовольствие, воображая, как без его направляющей руки компания снова придет в упадок.

Apple способна выстоять, но для этого она должна произвести еще одну революцию, только уже не в сфере компьютеров, телефонов или MP3-плееров, а в себе самой. Изменить что-то в одной из самых успешных компаний мира нелегко. Предположительно сейчас у Apple есть отличные заготовки новых продуктов. Это дает ей уверенность лететь вперед на всех парах. Но позиция «если система отлично работает, зачем ее чинить» очень опасна и в будущем может оказаться губительной для компании.

Руководителям Apple нужно прекратить задавать себе вопрос «Что бы сделал Стив?» и вместо этого самостоятельно находить оптимальные решения. На вечере памяти Джобса Кук поделился с коллегами напутствием, которое дал ему Стив на прощание: «Никогда не спрашивай, что бы сделал он, – просто делай то, что правильно». Если Кук не намерен оставлять за собой последнее слово по вопросам дизайна и архитектуры ПО, он обязан назначить человека с такими полномочиями. Иначе Apple превратится в неуправляемую компанию, чего Стив Джобс не мог допустить ни при каких обстоятельствах. Если Apple собирается и дальше сохранять дух стартапа, она должна умерить спесь, перестать грубо давить на других, стать более опасливой и почтительной. В противном случае она неизбежно повторит судьбу Microsoft, все больше напоминающего того толстого и ленивого снежного барса, которого Джобс забраковал при отборе фотографий для упаковки эппловской операционной системы[43].

В течение нескольких недель после смерти Джобса Apple многократно отдавала дань его памяти. С домашней страницы на сайте Apple.com удалили все изображения и поставили легендарную фотографию, сделанную Альбертом Уотсоном (Albert Watson) для разворота одного из номеров Fortune за 2006 год. Джобс смотрит прямо в камеру своим пронзительным взглядом, слегка касаясь пальцами седеющей бороды. Его похоронили 7 октября 2011 года на кладбище Альта-Меса в Пало-Альто. На погребение были допущены всего четыре сотрудника Apple: Тим Кук, Джони Айв, Эдди Кью и Кейти Коттон. Проститься с Джобсом также пришли Эд Кэтмулл (Ed Catmull) из Pixar, Боб Айгер из Disney, бывший гендиректор Intel Энди Гроув, старые друзья Лэрри Бриллиант (Larry Brilliant) и Билл Кэмпбелл. 16 октября семья Джобса устроила частный вечер в честь Стива в Стэнфордском университете. Среди приглашенных были знаменитости – в том числе Боно, Альберт Гор, Билл Клинтон, – высшее руководство Apple и ряд бывших сотрудников. 19 октября на площади перед штаб-квартирой на Инфинит-луп, 1, состоялось закрытое мероприятие для сотрудников, посвященное памяти Стива Джобса. На церемонии безвозмездно выступили британская рок-группа Coldplay и американская певица Нора Джонс. Компания организовала прямую трансляцию для своих служащих в магазинах Apple на территории США.

18 октября, когда со дня смерти Джобса не прошло еще и двух недель, Кук проводил аудиоконференцию с инвесторами по итогам финансовой деятельности компании за квартал. Он начал с заявления: «Мир потерял провидца, гениального творца и удивительного человека. Стив был великим лидером и наставником. Он своим примером вдохновлял всех сотрудников создавать поразительные вещи. В Apple всегда будет царить его дух, и все мы продолжим грандиозное дело, которое он так любил». Кук поблагодарил всех, кто выразил соболезнования, а потом приступил к нудному разбору финансовых показателей.

Вот так, отвечая на самые что ни на есть прозаические вопросы, Кук показал, каким управляющим он может стать для компании, созданной, а затем спасенной Джобсом. В последние годы на отчетных собраниях инвесторы неизменно спрашивали, планирует ли Apple вернуть часть денег акционерам, допустим в виде дивидендов. Звучало как неудачная шутка: разумеется, дивиденды акционерам были нужны, но это вовсе не означало, что, не получив ничего, они тут же бросятся продавать акции. Вопрос о дивидендах по инерции был задан и на этом совещании, но Кук ответил иначе, чем обычно. «Для меня не существует догмы, держать свободный нал или нет, – сказал он. – Догмы я соблюдаю в другом. Поэтому мы всегда будем смотреть, что лучше для Apple, и делать ровно то, что, по нашему твердому убеждению, отвечает ее интересам»[44]. Про сферы, где Кук соблюдает догмы, он распространяться не стал. Да только Apple ведь не религия. Это просто отличная компания с фантастическими достижениями, строгой системой ценностей и неистребимой тягой к перфекционизму.

Я уже говорил, что, скорее всего, Apple до конца так и не свыкнется с потерей Джобса. Истинная правда. Очень возможно, компания перестанет быть «безумно великой». Это произойдет постепенно, почти незаметно. Вдруг какой-то продукт однажды перестанет радовать потребителей. Уйдет кто-то из высшего руководства, за ним другой, третий. Возникнет много сложностей, одна из них – постоянный пристальный взор остального мира, который будет неотступно следить за попытками компании сохранить успех. Когда-то Apple умела заманить покупателей, придумав крутую рекламу и точно рассчитав время начала продаж. Все это волшебство было тщательно подготовлено за кулисами. Теперь занавес слегка приподняли, и обнаружилось, что за сценой усердно трудятся обычные люди, благодаря которым все и вертится. Покупатели ждут очередную новинку с таким нетерпением, что, как бы ни старалась Apple скрывать подробности о новых продуктах, предвкушение чуда, пускай и незначительно, тоже влияет на продажи.

В то же время предсказывать падение Apple с недосягаемого пьедестала – пустое занятие. Компания и раньше совершала множество ошибок, в том числе и в годы второго пришествия Стива Джобса. Если он называл Apple TV просто хобби, тогда почему компания, прекрасно знающая, на чем сосредоточить свои усилия, сделала этот проект приоритетным? Можно ли считать провал почтового сервиса MobileMe и недостатки антенны в iPhone 4 признаками заката Apple? Едва ли. Навредила ли Apple себе, расставшись с такими звездами первой величины, как Тони Фаделл, Ави Теванян, Рон Джонсон? Да, однако бизнес продолжал развиваться. Компании, как и люди, несовершенны. В последние четырнадцать лет при жизни Джобса Apple превосходила многих, но она никогда не была идеальной. Стиву лучше всего удавалось заставлять нас видеть хорошее и не замечать плохое.

Если Apple вдруг станет не «безумно великой», а просто великой, люди будут разочарованы. К счастью, не все, а только самые ярые поклонники, которые всегда требовали от Apple большего. Что касается остальных, то никто не ждет от нее покорения заоблачных высот. Просто великие продукты нас устраивают, и мы еще долго будем их покупать.

Уже много было сказано, что Apple ведет бизнес вопреки всем законам бизнеса. Она как шмель, который с такими маленькими крыльями по законам аэродинамики летать бы не должен, но – летает! Apple и дальше будет летать. А мы теперь на несколько шагов приблизились к разгадке, как она это делает.

Оглавление книги


Генерация: 0.927. Запросов К БД/Cache: 4 / 0
поделиться
Вверх Вниз